- Статьи
- Экономика
- Сбросить маскировку: доля плохих долгов в банках в 1,5 раза превысила официальные оценки
Сбросить маскировку: доля плохих долгов в банках в 1,5 раза превысила официальные оценки
Банки стали активнее переоформлять кредиты бизнесу, который потенциально может уйти в просрочку, следует из данных ЦБ, которые проанализировали «Известия». В июне объем рискованных реструктуризаций достиг 4,8 трлн рублей. Это в полтора раза больше, чем уровень просрочки по официальной статистике. Аналитики ЦМАКП подчеркивают, что это один из вариантов того, как банки могут маскировать ухудшение качества активов. Также они закрывают долги в обмен на доли в компаниях и непрофильные активы. Это может скрывать реальный масштаб ухудшения кредитных портфелей. Насколько серьезны риски для всей системы от таких действий и в чем выгода банков — в материале «Известий».
Как маскируются просроченные долги бизнеса
На конец июня объем рискованных реструктуризаций кредитов бизнеса достиг 4,8 трлн рублей против 3 трлн годом ранее, следует из данных ЦБ. Это означает, что финансовые организации активно переоформляют на более легких условиях ссуды, с выплатой которых у заемщиков могут возникнуть проблемы или по которым уже была просрочка.
В целом просроченная задолженность по корпоративному портфелю составляет 3,5 трлн. Однако есть и более широкий показатель — проблемные долги, а он, согласно данным регулятора, достигает уже 11,5 трлн рублей. В него также входят рискованные реструктуризации и «иные проблемные кредиты», пояснил председатель совета директоров АО «Первоуральскбанк» Михаил Брюханов.
Через реструктуризацию просроченных ссуд банки могут маскировать ухудшение качества своих активов, говорится в материалах Центра макроэкономического анализа и прогнозирования (ЦМАКП). Еще один способ для этого — менять их на доли в компаниях и другие непрофильные активы.
То есть речь идет не о массовом списании безнадежных долгов, которое характерно для выраженного кризиса, а о переносе сроков погашения старых долгов для заемщиков, которые в будущем надеются их выплатить. Однако это рискованные ссуды.
Некоторая доля реструктуризаций традиционно представляет собой замаскированные проблемные кредиты, подтвердил управляющий директор рейтингового агентства «Эксперт РА» Юрий Беликов. Банки прибегают к этому именно на фоне трудностей у заемщика с оплатой долга. Объем таких ссуд в июне достиг 4,8 трлн рублей, он в полтора раза превысил показатель фактической просрочки. Без предоставленных заемщику послаблений эти долги пополнили бы статистику неплатежей.
Если с кредитом возникают явные проблемы, банк должен перевести его в более низкую категорию качества с досозданием резервов на возможные потери, отметила доцент кафедры мировых финансовых рынков и финтеха РЭУ им. Г.В. Плеханова Татьяна Белянчикова. По сути, финансовой организации приходится вывести деньги из оборота и отложить их на случай, если с выплатой долга что-то пойдет не так. В результате игроки оказываются перед выбором: признать ухудшение качества актива и получить прямой убыток либо сохранить формальный статус кредита и отложить траты.
Проблемную ссуду можно убрать из строки «просрочка», но от этого трудности с ней не исчезают, подчеркнул партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Сергей Учитель. Банк может продлить срок займа, перенести платежи или выдать новый кредит для покрытия старого. Формально просрочка уйдет, однако финансовое положение заемщика при этом не изменится.
Проблемы начинаются, когда реструктуризация превращается в бесконечное продление заведомо нежизнеспособного долга, отметил директор по стратегии ФГ «Финам» Ярослав Кабаков. В этом случае отчетность действительно может выглядеть лучше реального положения дел.
Качество корпоративных кредитов в последнее время действительно снизилось, подтвердили «Известиям» в пресс-службе ЦБ. При этом такие долги на 50% покрыты резервами и качественными залогами, а оставшиеся риски остаются умеренными и смогут быть закрыты банками за счет растущей прибыли. Редакция направила запросы в топ-20 банков.
Насколько потенциальная просрочка может быть выше официальной
Официальная статистика по проблемным кредитам почти всегда будет ниже реального уровня стресса в банковской системе, считает начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев. Часть долгов продолжает учитываться как обслуживаемая после изменения графика платежей, хотя финансовое положение заемщика уже ухудшилось.
Разрыв между расчетными и реальными проблемными активами в банковском секторе может составлять до 4 п.п., отметил Михаил Брюханов. Если учитывать перевод части такой задолженности в непрофильные активы, включая отступные, полученные по кредитам, и экосистемные активы, реальный уровень проблемных долгов бизнеса может быть ближе к 14–16%, а не к официальным 11,8%, о которых знают в ЦБ.
В теории фактическая просрочка в корпоративном сегменте сейчас может быть в три-четыре раза ниже того уровня, который сложился бы, если бы банки действовали строго по первоначальному договору и сразу отражали все неплатежи без уступок, отметил Юрий Беликов из «Эксперт РА». В принципе финансовым организациям невыгодно действовать максимально жестко, моментально перегружая капитал и теряя клиентов, на которых они регулярно зарабатывают.
С крупным бизнесом обычно идет переговорный процесс, который при необходимости приводит к реструктуризации, продолжил Юрий Беликов. В конечном счете значимая часть крупных корпоративных заемщиков восстанавливает платежеспособность и возвращается к тому или иному графику выплат. Однако так происходит не со всеми проблемными долгами.
Именно поэтому реструктуризация корпоративных кредитов, а не формальная просрочка, становится главным индикатором скрытого стресса, считает Татьяна Белянчикова из РЭУ им. Г.В. Плеханова. Когда проблемы по долгам массово и одновременно «откладываются», накопленное ухудшение качества перестает быть частным вопросом отдельных банков и становится макроэкономическим риском.
Как ситуация повлияет на банковский сектор
2025–2026 годы стали периодом существенного ухудшения кредитных портфелей банков на фоне роста нагрузки на заемщиков во всех сегментах, отметил Юрий Беликов. В рознице ситуация более прозрачная, поскольку качество ссуд сразу отражается в росте просрочки. Однако в корпоративном сегменте стресс в значительной степени замаскирован реструктуризациями.
У малого и среднего бизнеса рост процентной нагрузки вместе с другими неблагоприятными факторами привел к тому, что де-факто каждый четвертый заемщик регулярно выходит на просрочку с разными перспективами ее погашения и возврата в график, сообщили в «Эксперт РА». У крупных предприятий переговорные позиции могут быть сильнее, а банки больше дорожат ими как клиентами, поэтому реструктуризация здесь применяется активнее.
Бизнес сталкивается с проблемами из-за высокого долгового бремени — многие изначально ожидали более раннего снижения ключевой, следует из оценки ЦМАКП. А значительная доля ссуд оформлена по плавающей ставке, то есть расходы на проценты зависят от уровня основного показателя ЦБ. В результате период сдержанной экономической активности может затянуться.
Даже сам регулятор ожидает дальнейшего «дозревания» проблем уже во II полугодии 2026-го. Сейчас стоимость риска составляет 1,3% — она закладывается в ставки по кредитам для защиты от потенциальных потерь. Однако в прогнозе на 2026 год ЦБ допускает и рост — он заложил диапазон 1,3–1,7%, отметил Михаил Брюханов.
Важным маркером остается не только сама доля проблемных ссуд, но и ее непокрытая часть, которая составляет 5,8 трлн рублей, продолжил Михаил Брюханов. Это до 60% запаса капитала банков. Пока совокупный запас сектора способен покрывать эти риски, однако возможности и дальше компенсировать проблемы с помощью реструктуризаций сокращаются.
Еще в 2025 году просроченная задолженность росла быстрее, чем сам портфель ссуд, отметил экономист Андрей Бархота. По его мнению, цикл ухудшения кредитного качества еще не завершен, и на плато банковский сектор выйдет не ранее середины 2027-го.
В следующие два года финансовый результат банковского сектора, вероятно, будет скромнее, чем в 2024-м и 2025-м, из-за необходимости досоздавать резервы, считает Юрий Беликов. Если реструктурированные кредиты не смогут вернуться к нормальному обслуживанию, банкам придется признавать дополнительные потери.
Почему стало сложнее оформить кредиты
Повышенный уровень просрочки уже влияет на ужесточение риск-политики банков, подчеркнул руководитель коллекторского агентства ЮСВ Александр Ермолаев. В конечном счете это приводит к ухудшению условий кредитования и более жесткому отсеву потенциальных заемщиков. По данным НБКИ, доля одобрений заявок на розничные кредиты в мае составляла всего 24%, то есть заемщики не получали ссуду примерно в трех случаях из четырех.
Если человеку становится сложнее получить новую ссуду в банке или МФО, его потребность в деньгах никуда не исчезает, и он может начать искать финансирование в других местах, в том числе у нелегальных кредиторов, продолжил Александр Ермолаев.
При этом даже понимание рисков не всегда останавливает потенциальных клиентов нелегального финансового рынка, отметил Алексей Родин. Каждый десятый россиянин готов обратиться к такому кредитору, если тот предложит более низкую ставку. Именно на этом играют черные кредиторы, предлагая условия на 1–4 п.п. ниже рыночного уровня.
