Завтра наша страна отмечает День славянской письменности и культуры. По моему мнению, это один из важнейших праздников и в России, и в тех странах, где в ходу славянская азбука. Народ в полной мере есть только тогда, когда у него имеется письменность. Можно создать какую угодно высокую культуру, прекрасные произведения изобразительного искусства, построить фантастические сооружения, но если письменность не создана или же утеряна, народ остается на уровне пусть и огромного, многочисленного, но племени.
Мировая история знает множество погибших языков, мертвой письменности. Вокруг огромных каменных плит, испещренных рунами, иероглифами, буквами, обитали полудикие племена, не знавшие своего прошлого, ничего о тех, кто жил здесь до них... В основном это касается древних эпох, но есть примеры из нового времени. Например, погибшая письменность жителей острова Пасхи. Знаменитые «говорящие таблички», которые во второй половине XIX века уже ничего не говорили потомкам тех, кто их создал.
Память народа передается через письмо, литературный язык. Устная речь ненадежна — невозможно из поколения в поколение пересказывать события без изменений, добавлений.
Мы почти ничего не знаем о славянах — славянских племенах — до Х века. Доверять записям в римских, византийских, арабских хрониках в полной мере нельзя, а своих хроник и летописей славяне не вели. Есть гипотезы, что до письменности, изобретенной святым Кириллом, у них был свой литературный язык, но эти предположения не имеют надежных подтверждений. И можно считать, что до Х века (старейшая из сохранившихся надписей на глаголице датируется 893 годом, а на кириллице — 993 годом) славяне жили без истории. История началась тогда, когда они стали записывать свою жизнь.
Изобретение славянской азбуки произошло в сложный период начавшегося Великого раскола церквей. Среди части богословов Западной церкви Торсхавна в 60-е годы IX века сложилась точка зрения, что хвала Богу может воздаваться только на тех языках, на которых была сделана надпись на Кресте Господнем: еврейском, греческом и латинском. Кирилл и Мефодий, проповедовавшие христианство по-славянски, были восприняты как еретики и вызваны в Рим. Путь лежал через славянские земли, и везде братья обучали население книжному делу и богослужению на славянском языке.
От кары Кирилла и Мефодия спасла череда обстоятельств: в Риме сменился папа, новый — Адриан II — был настроен к братьям благожелательней прежнего. К тому же они передали ему мощи святого Климента, которые обрели во время путешествия в Крым тогдашнюю Тавриду. В ответ папа утвердил богослужение на славянском языке и переведенные книги приказал положить в римских церквях. Мефодий был рукоположен в епископский сан.
В Риме Кирилл умер, а старшему брату Мефодию предстояло еще пятнадцать тяжелых лет. Было и лишение свободы, и запрет богослужения на славянском языке, которому Мефодий не подчинился и в конце концов своим упорством добился разрешения... Мефодий с учениками перевел на славянский язык Ветхий Завет и святоотеческие книги.
После смерти Мефодия его противникам удалось добиться запрещения славянской письменности в Моравии. Многие ученики были казнены, некоторые перебрались в Болгарию. Оттуда кириллица стала распространяться по землям восточных славян.
В последние годы мы видим новые угрозы славянскому алфавиту. От него отказалось несколько стран Восточной Европы, всё чаще можно встретить книги на латинице, изданные в Сербии. Ведутся разговоры о том, что латиница, дескать, удобнее для тюркоязычных регионов России. На латиницу собираются перейти не только Казахстан и Киргизия, но и Украина... И тут уже вопрос явно не в целесообразности, а в политике.
У некоторых специалистов вызывает беспокойство обилие заимствований в современном русском языке. По-моему, бояться заимствований не стоит. По существу, большинство слов в нашем лексиконе взято из других языков. Ну и что? Главное, что мы на протяжении многих веков умеем вплавлять их в нашу устную и письменную речь, делать своими и создавать великие произведения литературы.
Конечно, кириллица, пришедшая на Русь в XI веке, и кириллица современная — это не одно и то же. Но при небольших усилиях современный русский поймет, что написано на новгородских берестяных грамотах, в оригинале «Повести временных лет», «Житии протопопа Аввакума»... Благодаря письменности мы один и тот же народ, одна и та же страна, что и тысячу лет назад. Пусть государственные границы слегка видоизменяются, язык, на котором мы пишем, прежний.
Писать необходимо: пока народ записывает свою жизнь, свои победы и горечи, он существует. И наш литературный язык должен быть тем же, что и язык Державина, Пушкина, Гоголя, Толстого, Чехова, Шолохова, Распутина... Может, эти слова покажутся кому-то слишком патетическими, но, как мне кажется, они уместны. Природная письменность наша под угрозой, ареал ее сокращается.
Поэтому сегодняшний праздник славянской письменности и культуры — повод не только порадоваться, но и задуматься над тем, как их сохранить.
Автор — писатель, критик, лауреат национальных литературных премий «Большая книга», «Ясная Поляна».
