Сейчас в России действует закон, который запрещает усыновлять детей лицам, страдающим рядом заболеваний. В том числе ВИЧ-инфицированным. Закон был принят в 2013 году и с тех пор неоднократно становился предметом ожесточенных споров, в том числе и судебных. Например, 23 сентября 2014 года Верховный суд РФ отклонил иск москвича, попытавшегося его оспорить. Однако сравнительно недавно премьер-министр Дмитрий Медведев подписал план по борьбе с распространением ВИЧ в России, в котором говорится о снятии запрета на усыновление ВИЧ-инфицированными гражданами детей.
Это решение также вызвало острые дискуссии. Но, на мой взгляд, оно совершенно правомерно. Давайте разберемся. По всей видимости, запрет был продиктован опасениями двоякого рода — что ребенок может каким-то образом заразиться от приемных родителей или что родители вскоре умрут от СПИДа и оставят ребенка сиротой.
Первое опасение практически безосновательно. Существует несколько теоретически возможных путей передачи ВИЧ-инфекции: при половых контактах, через многоразовые шприцы, которыми пользуются и больные, и здоровые, при переливании крови или при трансплантации органов, от больной матери к родившемуся младенцу и – крайне редко – через зубоврачебные и парикмахерские инструменты.
Однако в нормальной семье, где не практикуются инцест, наркомания или какие-то совершенно дикие обычаи, риск заражения ВИЧ-инфекцией детей от приемных родителей или наоборот практически исключен. Говорю «практически», поскольку, согласно известной пословице, в медицине и любви «никогда не говори никогда». Можно, наверное, представить какой-то экзотический случай, когда такое заражение все же произойдет. Скажем, если кто-то из родителей и ребенок одновременно получат какую-то травму и кровь родителя попадет на рану ребенка. Однако вероятность такого события значительно ниже, чем, например, шанс погибнуть или получить инвалидность в автокатастрофе.
Что касается второго опасения, связанного с преждевременной смертью приемных родителей, то такого варианта, разумеется, нельзя исключать: как говорил известный булгаковский персонаж, человек смертен, и при том он иногда внезапно смертен. Однако при современных методах лечения ВИЧ-инфицированные живут долгие годы. Более того, как показывает практика, многие из таких пациентов начинают регулярно обследоваться у медиков, отказываются от вредных привычек, занимаются спортом и чувствуют себя даже лучше, чем прежде.
Не стоит забывать, что, несмотря на некоторое сокращение числа детей в детдомах и различных приютах, ситуация в этом плане остается далеко не благополучной. И если есть шанс хотя бы некоторым из этих детей обрести семью, не следует этой возможностью пренебрегать. Равно как не следует подвергать лиц, желающих усыновить ребенка, неоправданным ограничениям.
Проблема, однако, значительно шире. Она заключается в отношении общества к ВИЧ-инфицированным, число которых в нашей стране стремительно растет. По официальным данным, их насчитывается уже более 800 тыс. человек. На самом деле эта цифра значительно занижена, поскольку далеко не все случаи ВИЧ выявлены.
В принципе анализ на ВИЧ рассматривается как неотъемлемый элемент диспансеризации, которую ежегодно должен проходить каждый человек. Однако многие граждане панически боятся этой процедуры, подсознательно полагая, что такой диагноз может быть поставлен ошибочно, после чего жизнь человека превратится в ад. В последнем они, впрочем, не сильно ошибаются. ВИЧ-инфицированным детям нередко отказывают в приеме в детский сад, в школе они приобретают статус отверженных, во взрослой жизни им нелегко найти работу и получить медицинскую помощь, особенно хирургическую и стоматологическую.
И все же, как показывают социологические исследования, отношение граждан к ВИЧ-инфицированным в России постепенно меняется.
На вопрос о том, изменят ли они свое отношение к другу, знакомому или сослуживцу, если узнают, что у него обнаружен ВИЧ, большинство опрошенных ответили, что будут относиться так же, как и прежде. Впрочем, сильно подозреваю, что не все отвечают искренне; иные либо чувствуют, какого ответа от них ожидают, либо стремятся показаться лучше, чем они есть на самом деле.
А кому-то кажется, что, несмотря на все заверения медиков, ВИЧ все же каким-то образом передается и при бытовых контактах. Такие же опасения, кстати, наблюдаются в отношении больных раком. Откуда взялся ВИЧ — науке пока точно не известно, а все таинственное всегда порождает фобии и предрассудки. Но мы обязаны ежедневно преодолевать их, если хотим считать себя достойными людьми. По сути дела, это своего рода тест на цивилизованность.
Кстати, в ряде стран Запада этот тест давно пройден. Большинство моих европейских знакомых на вопрос, испытывают ли они какие-то опасения или предубеждения в отношении ВИЧ-инфицированных, даже не сразу поняли, чего от них хотят. Типичный ответ был таким: «Конечно же нет, ведь ВИЧ при бытовых контактах не передается. А разве человек виноват в том, что он заболел?»
Конечно, строго говоря, какая-то вина самих ВИЧ-носителей в том, что случилось с ними, все-таки есть. По крайней мере в большинстве случаев можно говорить о недопустимом легкомыслии по отношению к собственному здоровью. Но много ли из нас найдется «святых», имеющих моральное право бросить в них камень? А даже если таковые и обнаружатся, стоит ли этот камень бросать?
