«Хафтар должен занять место в политическом будущем Ливии»
Спецпосланник Генерального секретаря ООН по Ливии Мартин Коблер рассказал корреспонденту «Известий» Андрею Онтикову о перспективах преодоления кризиса в этой североафриканской стране, взаимодействии с Москвой, реализации Схиратских соглашений и роли командующего ливийской армией Халифы Хафтара в урегулировании ситуации.
— Как вы оцениваете роль России в ливийском урегулировании?
— Я нахожу российскую позицию по Ливии очень конструктивной. Где-то две недели назад я посетил Москву и провел переговоры с Богдановым (Михаил Богданов — замминистра иностранных дел, спецпредставитель президента России по Ближнему Востоку. — «Известия»). Я постоянно поддерживаю с ним контакты. И исходя из них, могу сказать, что российское видение путей урегулирования кризиса в Ливии отличается полной сбалансированностью подходов. Москва полностью поддерживает принципы политического соглашения по разрешению конфликта в стране и придерживается этих принципов (соглашений, заключенных при международном посредничестве в июле 2015 года в марокканском Схирате, они предполагают формирование правительства национального согласия в качестве исполнительной власти и отдают законодательные полномочия избранному в 2014 году парламенту. — «Известия»).
— Как вы оцениваете роль командующего ливийской армией Халифы Хафтара? Должен ли он, по вашему мнению, быть включенным в процесс политического урегулирования кризиса в Ливии?
— Разумеется! Халифа Хафтар должен принять активнейшее участие в разрешении кризиса в Ливии и занять место в будущей политической структуре страны. С сожалением могу констатировать, что он отказывается контактировать с ООН. И в конечном счете самим ливийцам предстоит решить, что это будет за место и какую роль Халифа Хафтар будет играть. Мы со своей стороны прилагаем усилия, чтобы усадить стороны ливийского конфликта за стол переговоров и наладить диалог между ними.
— Парламент в Тобруке критикует Схиратские соглашения по урегулированию конфликта и выступает за внесение ряда изменений в договоренности.
— Я бы так не сказал. Законодательный орган одобрил эти соглашения. Но необходимо внести поправки в некоторые пункты Схиратских договоренностей. И мы сейчас над этим работаем. Мы надеемся, что эти поправки позволят всем сторонам конфликта прийти к компромиссу. Я считаю это необходимым.
Справка«Известий»
В Ливии сохраняется двоевластие. В Тобруке, на востоке страны, проводит заседания избранный в 2014 году в ходе всенародных выборов парламент, при котором действует кабинет министров, осуществляющий функции исполнительной власти. Законодательный орган, возглавляемый Агилой Салехом Исой, признан мировым сообществом, поддерживается ливийской армией во главе с Халифой Хафтаром и является на сегодняшний день единственной полностью легитимной структурой в Ливии.
Конкуренцию ему составляет правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем, сформированное после подписания при международном посредничестве соответствующего соглашения в июле 2015 года в марокканском Схирате. Оно также признается мировым сообществом, но для его полной легитимизации в соответствии с упомянутыми договоренностями состав кабинета должен быть одобрен парламентом. Законодательный орган делать это отказывается, мотивируя свою позицию тем, что в правительстве присутствуют преимущественно представители исламистов, связанные с такими организациями, как «Аль-Каида» и «Братья-мусульмане» (деятельность обеих организаций запрещена в России).
