Продал контрафакт на рубль — получи штраф на 10 тыс.
Наказание за торговлю пиратским аудио, видео, программами и т.п. должно зависеть от личности торговца контрафактом, а не от величины причиненного ущерба. К такому заключению пришел Конституционный суд России.
Как записано в постановлении КС, «в силу специфики объектов интеллектуальной собственности, правообладатели ограничены в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды)». А раз ущерб оценить трудно, то при назначении компенсации суд должен исходить из других соображений — учитывать, что из себя представляет нарушитель.
Суды уже используют это решение КС. Так, 9 февраля обнародовано решение апелляционного суда по делу торговца наклейками из Рязани, причинившего ООО «Маша и Медведь» ущерб в 7 рублей. Размер компенсации за нарушение трех товарных знаков и ряда аудиовизуальных произведений (на наклейке изображены герои мультфильма) составил 40 тыс. рублей. Сославшись на позицию КС, апелляционный суд утвердил приговор.
— Правообладатель имеет право потребовать от пирата возмещения убытков —
это стоимость легального продукта в двойном размере — либо компенсацию от
10 тыс. до 5 млн рублей, — сообщила Анна Лавринова, замдиректора Некоммерческого партнерства поставщиков программных продуктов.
На практике встречаются оба варианта, отмечает Лавринова.
— Размер запрошенной компенсации зависит от того, кто с «другой стороны баррикад», — сообщила она. — Одно дело если это студент, который первый раз в жизни поставил за деньги нелегальную программу. Совсем другое — если пиратством занимается большая организация, с собственными адвокатами.
Во время слушания дела нередко происходит примирение сторон, добавила Лавринова, а в этом случае размер компенсации определяется исключительно соглашением.
По мнению омбудсмена по интеллектуальной собственности Анатолия Семенова, компенсация в гражданском процессе (не уголовном и не административном) должна определяться именно ущербом.
— Цель гражданского производства — именно восстановление нарушенных прав, а не наказание, — считает омбудсмен.
При этом, напомнил он, сегодня в России не существует реестра защищенных копирайтом произведений, подобного реестрам патентов или товарных знаков. У продавца нет легальной и простой возможности узнать, что аудио или видео защищено копирайтом. По сути, в некоторых случаях наказание наступает без вины, считает Семенов.
