На этой неделе российский президент в ходе совещания с членами правительства заявил о необходимости «обеспечить новые стимулы для развития российской экономики», что стало продолжением предыдущих призывов со стороны руководства о необходимости поиска новых двигателей роста. Особый упор Владимир Путин сделал на необходимости оживления инвестиционного роста, при этом достижения 2016 года признаны недостаточными, а «важнейшей задачей является обеспечение общей макроэкономической стабильности». Получилась задача со многими неизвестными, для решения которой, возможно, потребуются новые подходы к экономической стратегии и политике.
Решить эту задачу можно «технократически» за счет определения резервов экономического роста, которые остаются незадействованными на самых разных уровнях — отраслевом, региональном, в сфере участия России в мировой экономике. Наиболее последовательно попытка выстроить алгоритм такого решения задачи была предпринята в начале этого года Министерством экономического развития, которое предложило ряд приоритетов экономической политики, направленных на преодоление структурных ограничений: качественные и количественные ограничения в сфере человеческого капитала; преодоление бедности; ограничения, связанные с инвестиционной активностью (как их объема, так и качества); ограничения для российского экспорта; проблема высокой доли теневой экономики в стране.
Планомерное использование каждого из вышеуказанных резервов может действительно повысить рост российской экономики с нулевых уровней до среднемировых темпов роста (немногим более 3% в год), которые в текущих условиях выглядят почти как предел мечтаний. Основной вопрос — если некоторые из этих резервов были идентифицированы отечественными экономистами в прошлом, почему они так и не были задействованы?
Для ответа на этот вопрос обратимся к российской экономической истории. Опыт последних 25 лет преподнес целый ряд уроков, которые серьезно повлияли на проводимую экономическую политику в России. Первый из этих уроков — лучше без «шоковой терапии», в связи с чем в последнее десятилетие возобладал курс на эволюционные изменения в экономике. Ключевым ориентиром реформ теперь становится недопущение социальных издержек в процессе экономической трансформации.
Второй урок — урок кризисов 1998 года и 2008 годов. Он свидетельствует о том, что для устойчивого экономического роста необходима макроэкономическая стабильность, которая характеризуется не только низкой инфляцией, но также и низким уровнем долга. После кризиса 1998 года Россия пошла на выплату большей части внешнего госдолга, был сформирован бюджетный резерв, который существенно смягчил протекание кризиса 2008 года.
Быть может, самым важным является третий урок, который говорит о том, что для успеха любых реформ и экономической политики необходимы доверие со стороны населения, понимание и поддержка населением экономического курса трансформации. Причем важны не просто поддержка и понимание со стороны отдельных категорий инвесторов — важно, чтобы процесс экономических преобразований имел четко выраженный курс и понятную идеологию для подавляющей части населения страны. Именно недостаточный прогресс в данной области, возможно, является одним из ограничений для реализации многих из необходимых экономике страны мер — от развития малого и среднего бизнеса до преодоления ограничений в области инвестиционной активности.
Для выработки понятного и близкого населению курса экономической политики недостаточно опираться на зарубежный опыт (который всегда будет одним из ориентиров), но крайне важно учесть национальную специфику нашей страны, ее истории, культуры, географии и т.д. Учет этих факторов в процессе экономических преобразований, в свою очередь, свидетельствует о том, что для населения важны такие категории, как социальная справедливость, развитие как всеобъемлющая категория, которая включает в себя как развитие человека как личности, так и развитие страны как экономической державы, стабильность социально-экономического развития.
Что означают все эти национальные императивы для курса нашей экономической политики? Решение вопроса социальной справедливости и большей вовлеченности широких слоев населения в процесс экономического развития должно включать в себя борьбу с бедностью, но также и меры по сокращению неравенства, причем не только по распределению доходов, но по возможностям развития всех категорий населения (равенство возможностей). Развитие личности должно опираться на приоритет развития «человеческого капитала» (ключевой и самый важный ориентир в перечне приоритетных мер Министерства экономического развития), что также способствует решению проблем, связанных с бедностью и неравенством. Стабильность социально-экономического развития должна опираться на устойчиво низкую инфляцию, что позволит снизить ставки по кредитам. Развитие страны как экономической державы означает, что Россия активно развивает высокие технологии и поддерживает фундаментальную науку.
В «Войне и мире» Толстой писал о том, что решающим фактором успеха в битвах является не столько гений полководца, сколько таинственная материя под названием «дух войска». В этой формуле Толстого есть созвучие с фактором «вдохновения», о котором писал Нобелевский лауреат по экономике Пол Крюгман, когда объяснял механизм экономического роста страны: помимо факторов капитала и трудовых ресурсов есть до конца необъяснимый фактор «производительности» или «вдохновения», который во многом определяет динамизм экономического роста различных стран мира. Возможно, именно этот толстовский «дух войска» станет тем самым новым стимулом для устойчивого и более динамичного роста российской экономики.
Автор — главный экономист Евразийского банка развития
Читайте также:
Топ-чиновники РФ о будущем экономики: росте и его условиях
Экономист Лисоволик— о том, что ждет российскую экономику в наступившем году
