Пока существуют две официальные версии крушения самолета в Черном море — ошибка пилотирования и техническая неисправность самолета.
Первую можно сразу отмести — опытнейший пилот не мог допустить роковой ошибки.
Наиболее правдоподобный вариант развития событий на этом борту Ту-154 25 декабря — технический сбой или неисправность.
Ту-154 очень надежная машина.
За последние 30 лет это первая авиакатастрофа такого типа с подобными самолетами. В свое время этот борт был одним из ведущих самолетов не только в СССР, но и за границей. Но железо есть железо...
Что же могло стать причиной трагедии?
На сегодня можно выдвинуть две версии: во-первых, в авиационное топливо могла попасть вода, во-вторых, могли возникнуть проблемы с двигателями. Скажем, три двигателя остановились на взлетном режиме, и самолет упал в плоскостной штопор.
Самолет не набрал должной высоты. Он отлетел от береговой части в море всего на 6 км — это 5–6 минут взлетного режима. Если двигатели остановились, он мог просто свалиться в штопор на бок. А так как высота была в пределах 500–600 м, то и упал он за несколько секунд. Пилоты просто ничего не смогли сделать.
Также можно рассмотреть версию разрушения лопаток двигателя, то есть разрушился двигатель. Это так называемая усталость металла, которую практически невозможно спрогнозировать. Разрушение двигателя объясняет и сильный разброс деталей самолета.
Если разрушился двигатель, самолет могло как бы разрезать, отрубить хвост.
В таком режиме он мог упасть, а так как отрубило хвост, то все останки разбросало на большое расстояние. Самолет, что называется, пошел колом. В этой ситуации тоже невозможно что-то сделать и даже сообщить на землю о проблемах.
Пилот в такой ситуации успевает только подумать, что самолет нужно срочно выводить из штопора.
Это бывает, машина есть машина, может, где-то были какие-то микротрещинки, которые невозможно определить, для этого нужно снимать двигатель, проводить исследование. Общей диагностики, которую проводят здесь регулярно, недостаточно. Нужна детальная, которая проводится только при замене или ремонте двигателя. Дефекты могли образоваться за время полетов, а так как двигатель работает на наиболее опасном и сложном режиме взлета, он мог не выдержать.
Реалистичной кажется и версия о том, что в топливную систему двигателя попала вода. Тогда самолет мог просто «захлебнуться» и рухнуть. Есть несколько способов, как вода может попасть в топливо. Оно же идет по трубопроводу, перевозится в железнодорожных цистернах и автомобильным транспортом. Здесь нужно проверять топливо, установить, откуда он заправлялся. Борт могли заправлять из общего ТЗК в аэропорту Сочи, там где заправляются гражданские самолеты, а могли и из собственного топливно-заправочного комплекса. Во время расследования всё это будут уточнять.
Версию теракта я бы не рассматривал вовсе. Это военный борт.
Обслуживали его и загружали в аэропорту Чкаловский. Гражданские к самолетам Минобороны не подпускаются, обслуживание ведется только военнослужащими, поэтому что-то подложить было просто невозможно. Но если даже представить себе, что что-то было заложено, то как можно объяснить то, что он летел 2,5 часа до Сочи и не взорвался? И второй момент: он сел на дозаправку, и установить какие-то таймеры тоже было нельзя — ведь не исключена возможность, что из-за метеоусловий не изменилось бы время вылета. Ну взорвался бы самолет на аэродроме, ну и что? Люди бы не погибли. Поэтому версия о подложенном взрывном устройстве с таймером не оправданна. Рассмотрим вариант, что кто-то пронес на борт оружие, но борт проходит тщательную проверку. Даже если оружие взял с собой кто-то из летного состава, а это можно допустить, так как они летели в зону боевых действий, то представить себе, что кто-то из экипажа перестрелял всех в самолете и застрелился сам, невозможно.
Но, конечно, это только версии. Пока не проведено расследование, что-то утверждать было бы неверно. Окончательную картину происшествия мы увидим только после того, как поднимут и расшифруют черные ящики. Если их обнаружат через день-два и они будут в хорошем состоянии, то через 2–3 недели все прояснится.
Автор — генеральный директор ассоциации «Аэропорт» гражданской авиации России и стран СНГ
