Российские компании выходят на рынок Ирана

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко во время своего визита в Тегеран провела переговоры с руководством исламской республики. На встречах с главой меджлиса (однопалатного парламента) Ирана Али Лариджани, а также с министром иностранных дел Мохаммадом Джавадом Зарифом и президентом Ирана Хасаном Роухани стороны обсудили новые возможности сотрудничества после начала реализации совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной проблеме.

В 2015 году Иран и страны «шестерки» — США, Франция, Великобритания, Германия, Китай и Россия — достигли соглашения по иранской ядерной программе в обмен на отмену санкций против Ирана.

— Появившиеся ослабления открывают новые возможности для развития экономики Ирана и, конечно, для развития наших двусторонних отношений. И, конечно, мы должны воспользоваться этим новым окном возможностей. Но говорить о том, что ситуация поменялась кардинально, пока рано, — констатировала Валентина Матвиенко.

Спикер Совета Федерации отметила динамику и в развитии отношений России и Ирана в совместной борьбе с терроризмом, а также заинтересованность сторон в военно-техническом сотрудничестве.

— Мы удовлетворены, как у нас идет с Ираном взаимодействие в борьбе с терроризмом. Это серьезнейшая угроза и для России, и для Ирана. Идет активное взаимодействие между министерствами обороны, советами безопасности, другими силовыми структурами. Мы постоянно «сверяем часы», координируем свои действия, и с учетом того, что позиции и подходы РФ и Ирана к региональным и международным проблемам близки или совпадают, мы заинтересованы в продолжении такого сотрудничества, — заверила журналистов Матвиенко, подчеркнув, что все действия России будут строго соответствовать резолюциям Совета Безопасности ООН.

Как пояснил, в свою очередь, председатель комитета СФ по обороне и безопасности Виктор Озеров, хотя санкции частично и сняты, однако резолюцией ООН определено, что поставка бронетанковой техники и артиллерийских систем, наших самолетов и боевых вертолетов может происходить до октября 2020 года только с разрешения Совета Безопасности ООН. Сенатор добавил, что для постановки этого вопроса в СБ ООН необходимо обращение или РФ, или Ирана.

— Пока таких обращений не было, но проработка данного вопроса ведется, и если все-таки США и Европа не разрешат нам до октября 2020 года (поставлять технику. — «Известия»), то мы вернемся к этой теме после того, как формальные ограничения будут сняты. Портфель заказов, который сформирован, учитывает потребности Ирана в сумме до $10 млрд, — сказал Озеров, уточнив, что речь идет о поставках, рассчитанных на несколько лет.

Глава комитета СФ также сообщил, что после ратификации соглашения по нашей военно-воздушной базе в Сирии «нет необходимости сегодня в какой-то степени использовать иранские воздушные гавани».

— Я думаю, что та группировка, которая у нас сегодня сформирована в Сирии, позволяет решать задачи, стоящие сегодня перед нашими воздушными силами. Но это не исключает и того, что если будет изменяться ситуация, с учетом уровня взаимного понимания и уровня сотрудничества в военной сфере с Ираном, возможно, мы вновь вернемся к переговорам, но сегодня такой необходимости, как мне кажется, нет, — заявил сенатор.

В ходе переговоров иранские партнеры высказали заинтересованность и в расширении торгово-экономического, инвестиционного, научно-технического сотрудничества с Россией, в частности, принимающая сторона заинтересована в более активном участии российских нефтяных и газовых компаний на иранском рынке.

— На фоне того, что французская компания Total уже подписала соглашение об инвестировании около $5 млрд в разработку одного из месторождений, иранцы подчеркивали, что они заинтересованы в приходе российских компаний, — заявила Валентина Матвиенко, отметив, что со своей стороны и российские компании высказывали заинтересованность в работе с Ираном.

По словам спикера, конкретные планы могут быть озвучены уже 12–13 декабря на заседании Постоянной российско-иранской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, которое запланировано в Тегеране.

Матвиенко напомнила, что лидерами двух стран были достигнуты договоренности об участии РФ в двух проектах в Иране — строительстве энергоблоков ТЭС и электрификации железной дороги.

— В России недавно подписано решение о выделении экспортных госкредитов для Ирана, как раз на эти два проекта. Парламент Ирана уже одобрил и согласовал с правительством возможность получения госкредитов от России, то есть на сегодня все юридические вопросы решены. Сейчас надо ускорить подписание межправсоглашений и заняться реализацией этих проектов, — подчеркнула спикер СФ.

В настоящее время товарооборот между РФ и Ираном составляет около $1,28 млрд, и это, по мнению сторон, не отвечает взаимным интересам.

В свою очередь, сенатор Игорь Морозов заявил «Известиям», что сегодня «Иран как никакая другая страна понимает, что такое жизнь в условиях санкций».

— Здесь мы находим полное понимание и поддержку по всем вопросам. Я думаю, что Иран и Россия во всех международных организациях будут выступать единым голосом, — отметил он.

Парламентарий добавил, что Иран заинтересован в участии в Шанхайской организации сотрудничества и парламентской ассамблее ОДКБ.

— В том, что мы увидим скоро наших иранских коллег в Санкт-Петербурге (где в конце ноября пройдет заседание МПА СНГ и ПА ОДКБ. — «Известия»), уже нет никаких сомнений, — заключил Морозов.

Сенатор ранее сам работал в Иране еще во времена Хомейни (высший руководитель Ирана с 1979 по 1989 год). По его словам, сравнивать исламскую республику в то время и сейчас невозможно.

— Это два разных Ирана. Тот Иран — политизированный, бушующий революционными событиями, а современный — задавленный санкциями, но поднимающийся и имеющий надежду на экономическое развитие — как региональная держава, — отметил Игорь Морозов.