Анализируя реакцию рынков на результаты президентских выборов в США, необходимо четко различать реакцию краткосрочную и долгосрочную.
Краткосрочная реакция в этот раз напоминает по своей философии последствия референдума по выходу Великобритании из Евросоюза. Правда, сейчас она оказалась сильнее по амплитуде, поскольку выборы президента США — событие куда более значимое, чем Brexit. Как и в тот раз, упали акции и нефть и выросло золото.
Впрочем, делать какие-то выводы по этой краткосрочной реакции было бы некорректно. Дело в том, что падение рынков, товарных активов и, соответственно, рост золота очень характерны при любых событиях, которых рынок не ожидал.
И во время референдума по Brexit, и при нынешних выборах большинство аналитиков оценивали вероятность Brexit или вероятность победы Трампа примерно как 20:80, то есть допускали возможность, но считали это маловероятным событием. И тем не менее событие произошло. А поскольку рынки закладывались на противоположные события, то и отреагировали они достаточно бурно. Многие уже говорят о том, что сейчас американский рынок упал сильнее, чем 11 сентября 2001 года.
Поэтому, то, что мы имеем сейчас, — это довольно типичная эмоциональная реакция рынков на неожиданные события, чистая психология, не имеющая под собой существенного экономического фундамента.
Если же говорить о долгосрочных последствиях, то там интрига гораздо интереснее. Дело в том, что по многим важным вопросам американский президент нуждается в поддержке конгресса и сената. Существует механизм, при котором конгресс двумя третями голосов может преодолеть многие инициативы и ограничения президента. Совсем недавно конгресс двумя третями голосов преодолел вето Обамы на закон, который позволяет подавать иски к Саудовской Аравии. Обама наложил вето, а конгресс двумя третями голосов его преодолел. Поэтому многие решения, многие инициативы, под лозунгами которых Трамп шел к президентству, он не сможет реализовать на практике.
Кроме того, с точки зрения экономики дамоклов меч, который висит над любым американским президентом, будь то Хиллари Клинтон или господин Трамп, — это решение Федеральной резервной системы (ФРС) о повышении ставки. Ставку давно необходимо поднимать, так как в Америке уже надулся пузырь на ипотечном рынке. Но повышение ставки — мера непопулярная, так как всегда влечет за собой замедление экономики и рост безработицы, явление нежелательное и очень неприятное для электората. Вместе с тем длительное удержание ставки на низком уровне ведет к раздуванию пузырей на фондовом рынке и, что для американцев еще важнее, — на рынке недвижимости. Кроме того, растет госдолг.
Поэтому было бы очень логично, если бы на этом фоне после избрания Трампа ФРС просто использовала бы это окно возможностей. То есть на ближайшем декабрьском заседании они начали бы постепенно поднимать ставку.
Я думаю, что в следующем году, если политические решения не внесут свои коррективы, ставку потихоньку поднимут — может быть, до 1%, может быть, чуть больше. Потому что, для того чтобы рассосать проблему американских долгов, плавно снизить долговую нагрузку, ФРС необходимо установить ставку на уровне чуть выше инфляции. Инфляция в Америке составляет порядка 1,5%. Поэтому достаточно будет поднять ставку буквально до 1,6–1,7% годовых, может быть, довести ее до 2%, чтобы в течение нескольких лет вся долговая проблема плавно и постепенно сошла на нет, и создать тем самым фундамент для дальнейшего экономического роста.
Все это может произойти как раз в течение ближайших четырех лет — следующего президентского срока.
Скорее всего, все непопулярные, но нужные меры, будь то повышение ставки или некоторое сокращение социальных программ и другие, будут реализованы во время президентства Трампа. Потому, говоря о долгосрочных последствиях нынешних президентских выборов в США, наиболее важными представляются мне действия ФРС. Но давайте не забывать, что в любом случае Барак Обама в течение трех месяцев еще остается президентом. Кроме того, когда новый американский президент вступает в должность, установлен переходный период, в течение которого формируется новая администрация. Поэтому реально какие-то важные решения господина Трампа мы увидим не раньше чем в марте 2017 года.
Автор — доцент кафедры финансовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС
