Жюри «Букера» чуть не поссорилось из-за Юзефовича
Короткий список претендентов на литературную премию «Русский Букер», оглашенный 6 октября, вызвал вопросы и ожесточенные споры на школьную тему.
Кажется, любого школьника спроси, чем отличается повесть, рассказ или поэма от романа — и школьник ответит. А жюри «Букера» — ответило не сразу.
Спор началася из-за пустяка.
— Скажите, какое отношение к списку имеет Леонид Юзефович с «Зимней дорогой»? Это же не роман! — раздался недовольный голос из зала.
Если не знать, кто задал вопрос, то восклицание показалось бы вполне уместным. Премия «Русский Букер», на протяжении четверти века подчеркивая свою жанровую чистоту и награждая авторов «лучших романов на русском языке», снова отошла от правил. Книга о белогвардейском генерале Пепеляеве и анархисте Строде пусть и блестяще написана, но относится скорее к разряду книг серии ЖЗЛ.
Разразилась долгая дискуссия. Ответы на вопрос, почему Юзефович, звучали разные. От банального «потому что мы так захотели», до оригинального «романом может считаться то, что сам автор считает романом».
— В общем, мы долго спорили и решили, что Юзефович украсит наш список, — сознался секретарь премии Игорь Шайтанов.
— Ага, Юзефович любой список украсит, — справедливо отозвался недовольный голос. И был прав, потому что недавно Юзефович украсил список престижной литературной премии «Ясная Поляна».
Казалось бы, обладателю голоса (принадлежавшему Елене Шубиной) нужно было бы радоваться. Роман Юзефовича вышел в шубинском же издательстве. Но Шубина выступала «за справедливость». Помимо прекрасного не романа Юзефовича на попадание в короткий список претендовали не менее прекрасные романы. Например, «Авиатор» Водолазкина. Книге выдавали большие авансы и во время оглашения длинного списка называли выражением народившегося тренда — сравнивать советскую и современную эпоху. Герой Водолазкина замерз в лагере на Соловках еще в 1930-е, но, оттаяв в наше время, получил уникальную возможность сопоставить «век нынешний и век минувший». В том, что Водолазкин снова украсит список, никто не сомневался. Но в итоге «Авиатор» пролетел, как фанера.
— Жаль, что в списке нет седьмого пункта, — сожалел критик Владимир Козлов.
Сожалели о Сергее Солоухе с «Рассказами о животных», Ираклии Квирикадзе с «Мальчиком, идущим за дикой уткой», Анатолии Королеве с «Домом близнецов» и предельно откровенном романе Александра Купера «Жук золотой».
Шестью претендентами на главный роман года, помимо Юзефовича, стали «Крепость» Петра Алешковского, «Поклонение волхвов» Сухбата Афлатуни, «Люди августа» Сергея Лебедева, «И нет им воздаяния» Сергея Мелихова и «Мягкая ткань: Батист. Сукно» Бориса Минаева.
Секретарь премии Игорь Шайтанов заметил, что список очень плотный, все романы хороши, явного фаворита нет. Предводитель членов жюри Олеся Николаева порадовалась «качественному сдвигу»: писатели перестали быть публицистичными.
— Это романы с далекой ретроспективой. Попытка обосновать прошлое через свое нынешнее бытие, — отметила Олеся Николаева.
За фуршетом продолжали спорить, что же такое роман. К единому мнению не пришли. И это забавно, учитывая, что спор случился в канун 25-летия премии, которое отмечается в этом году. Кстати, в качестве подарка Игорь Шайтанов проанонсировал выход книги о «Букере».
— Помимо мемуарной части, в издание обязательно войдет раздел «Скандалы», — пообещал Шайтанов.
