Владимир Епифанцев: «Крови у бойцов не было, но я им не завидовал»
В прокат вышла драма «Спарта» (16+), повествующая о превратностях спортивных единоборств. С исполнителем одной из главных ролей Владимиром Епифанцевым встретилась корреспондент «Известий».
— Среди актеров вы, наверное, самый продвинутый спортсмен. Каково ваше отношение к истории взлета и падения профессионального бойца, рассказанной в фильме?
— История абсолютно киношная. Вряд ли в жизни бойцы ведут себя таким образом, они не такие злобные и противные. Спортсмены — люди по большей части уравновешенные, корректные. Если и есть какая-то агрессия, то это скорее шоу.
Что касается всего остального: по сюжету, в картине есть человек, взятый с улицы, и в боях он побеждает. В реальной жизни это исключено. Нужно заниматься с детства, чтобы достичь каких-то результатов. А еще по сюжету боксер был худющий такой... Такое тоже вряд ли возможно. Всё это мистификация! (Смеется.)
— Слышала, что фильм основан на реальных событиях.
— Вранье! Всё для красного словца и рекламы.
— Вы так смело судите о недостатках картины, в которой снялись?
— Я еще не видел картину и не могу судить о недостатках. Да и почему это недостатки? Кино — это вымысел, оно должно быть зрелищным и интересным. Необычные и парадоксальные ситуации не должны точно отражать жизнь. Нужно что-то придумывать, удивлять. Например, во время боя могли прилететь инопланетяне или напасть зомби. В жизни это невозможно, а в кино — делай что хочешь.
В этом-то и занимательность нашего вида искусства — можно забыть обо всем, окунуться в мир неожиданных историй. Я бы еще больше усугубил — нашел бы какого-нибудь бомжа и, например, шестилетнего ребенка. Они бы вместе выступили и победили (смеется).
— В фильме преобладают боевые сцены. Предполагаю, что во время съемок многие могли травмироваться.
— В основном друг друга били спортсмены, потому что они не владеют искусством сценического боя. Конечно, «долбили» они вполсилы, но и этого хватило. Мы, актеры, друг друга бережем — есть такое понятие в кино, как «перекрытие». Когда проводишь удар, камеры ставятся таким образом, что точку соприкосновения с объектом не видно. Дальше накладывается звук, и в итоге создается ощущение, что удар сильный и достигает цели. Смотрится он эффектнее, чем когда бьют по-настоящему.
Так что актеры работали по-своему, а спортсмены — по-своему. И я им, конечно, не завидовал. Но крови не было: они все-таки профессионалы. У нас же были только растяжения и легкие ушибы — когда падали, предварительно не разогревшись. А так — нормально. В лирических фильмах чаще получаешь травмы. Есть такая закономерность.
— Формат боя на выбывание, показанный в фильме, действительно существует в спорте?
— Именно такая форма вроде бы была придумана нашим режиссером Николаем Кудряшовым. Этакая «кишка», в которой бойцы выстраиваются друг за другом и идут линейкой.
— Интерес к подобным боям в России, в отличие от Запада, невелик. От проведения турниров приличный профит не получают ни спортсмены, ни организаторы.
— Прежде всего это связано с состоянием культуры боевых единоборств: школ и секций очень мало, нет правильного подхода. Всё очень приблизительно и непривлекательно. В Бразилии и Америке интерес к этому виду спорта сформировался давно, а у нас бои были запрещены и только в последние 25 лет получили развитие, и то в очень условных формах.
Та же ситуация и в кино. Взять, например, российские боевики — их делают плохо, смотрят меньше, чем западные. Или не смотрят вообще. Никто не хочет вкладываться и терять деньги, чтобы доказать, что можно и у нас сделать хорошо...
Справка «Известий»
Владимир Епифанцев окончил актерский факультет Театрального училища имени Щукина (курс В.В. Иванова), учился на режиссерском факультете в ГИТИСе. Снялся в 70 фильмах и телесериалах, в том числе «8 лучших свиданий», «Граница: Таежный роман»,«Generation П», «Антикиллер 2: Антитеррор», «Мама не горюй 2» и др.
