Противостояние между Анкарой и Берлином нарастает и грозит перейти в горячую фазу. Резкое обострение германо-турецких отношений произошло 2 июня, когда бундестаг неожиданно для всех, в том числе и для самих немцев, принял решение признать геноцид армян в Османской империи. В ответ турецкие власти выразили решительный протест и отозвали своего посла в Берлине «для консультаций». С тех пор отношения между двумя странами продолжают накаляться и захватывают новых участников.
При этом важно отметить, что в нынешней ситуации, в разгар миграционного кризиса, Германии ссориться с Турцией невыгодно: слишком многое их связывает. Берлин всегда поддерживал Анкару в ключевых вопросах ее внешней политики, даже если для этого ему приходилось выступать против Великобритании и других европейских стран. Кроме того, именно Турция — на деньги ЕС — играет ключевую роль в сдерживании потока мигрантов с Ближнего Востока и Северной Африки. Стоит Турции ослабить сдерживающие барьеры, поток беженцев хлынет в старую Европу и взорвет ее изнутри.
Так почему же бундестаг пошел на конфликт? По словам Меркель, она всячески противилась принятию этого закона, но ничего не смогла поделать с бундестагом. Однако верится в это слабо: простейший анализ подсказывает, что без фрау Меркель здесь явно не обошлось.
Принятие такого рода закона имеет вполне очевидные правовые последствия: за неисполнение закона, то есть за отказ в признании геноцида армян, могут быть введены санкции вплоть до уголовной ответственности, как это уже давно сделано во Франции. Так что у закона, принятого бундестагом, есть еще и совершенно конкретный репрессивный потенциал, который будет обращен в первую очередь на представителей турецкой диаспоры. Кроме того, это решение необратимо: нельзя сначала признать геноцид, а затем, договорившись с Турцией, отыграть ситуацию обратно, заявив, что парламентарии «погорячились». Следовательно, германская сторона нанесла Эрдогану удар наотмашь, зная, что «ответка» с турецкой стороны прилетит обязательно.
Так и случилось: 6 июня президент Турецкой Республики припомнил немцам холокост и заодно обвинил Германию в том, что она не имеет права обвинять Турцию в геноциде, поскольку сама виновна в геноциде коренного населения в Намибии (бывшей германской колонии), официально признанном ООН и даже самой Германией в 2004 году. Войска кайзеровской Германии, подавляя восстание народов герера и нама, уничтожили порядка 80 тыс. человек. Правда, перед этим восставшие вырезали семьи немецких колонистов. Однако, в отличие от Турции, Германия давно раскаялась за совершенные преступления и официально в 2004 году признала факт геноцида.
Отомстил Эрдоган и Франции, которая первой в Европе приняла закон, вводящий уголовную ответственность за отрицание факта геноцида армян. Эрдоган обвинил французов едва ли не в организации геноцида в Руанде, в ходе которого погибло около двух миллионов человек. Франция действительно была втянута в конфликт между народами хуту и тутси. Более того, именно французские военные инструкторы готовили в своих лагерях полевых командиров и боевиков хуту, которые затем выступили с призывом «валить «высокие деревья» — тутси. Роль Франции в конфликте в Руанде выглядит весьма неприглядной и даже грязной, в отличие от действий бельгийцев, которые мужественно пытались защищать тутси от истребления до того момента, пока не последовал приказ вывести все бельгийские части из Руанды в 24 часа.
Однако прямых доказательств участия Франции в геноциде в Руанде нет. Если только Эрдоган не располагает собственной эксклюзивной информацией, которую он пока не готов обнародовать.
Как бы то ни было, конфликт разрастается, и взаимные обвинения в геноциде призваны прикрыть противоречия, связанные с миграционным кризисом.
Не секрет, что в последнее время турецкое руководство активно использует мигрантскую угрозу, чтобы фактически шантажировать правительство Германии и руководство ЕС по вопросам, связанным с предоставлением финансовых траншей «на обустройство мигрантов», с ускорением процедуры вступления Турции в ЕС и т.д.
Позиция турецкой стороны предельно проста: если ЕС не будет регулярно перечислять миллиарды долларов «компенсации» за то, что Турция сдерживает поток мигрантов в Европу, и не ускорит ее вхождение в ЕС, Турция «откроет шлюзы», и поток мигрантов не просто мгновенно ворвется в Европу — он ее снесет.
В ЕС понимают всю степень угрозы и готовы платить Турции за свою безопасность. Но аппетиты турецкого руководства растут вместе с суммами, которые Анкара требует от ЕС, и в первую очередь от Германии, поскольку финансы ЕС — это в первую очередь немецкие деньги. Риторика Эрдогана в отношении стран ЕС становится все более жесткой и безапелляционной. Германия же не может или не хочет поддаваться шантажу Эрдогана. Бундестаг, признавший геноцид армян, — это очень жесткая ответная мера немецкого руководства на шантаж со стороны Турции. И Меркель имеет к этой акции самое прямое отношение, как бы она ни пыталась от нее откреститься.
Какой будет ответная реакция Германии и Франции на заявления Эрдогана? Если в Берлине и Анкаре продолжат разыгрывать карту геноцида, то наиболее вероятным ответом со стороны немцев и французов может стать только обвинение Турции в геноциде курдов в турецком Курдистане. Это, правда, не европейская тема — раскручивать тему «геноцида турецких курдов» особенно любят США, которые с интересом наблюдают за эскалацией конфликта в Европе. Но при случае Вашингтон не преминет подкинуть Меркель и Олланду идею порассуждать о соблюдении прав человека на юго-востоке Турции. А те, возможно, за эту идею уцепятся. В результате конфликт может выйти за рамки простого выяснения отношений и принять межцивилизационный характер.
Автор — профессор МГУ им. М.В. Ломоносова, член научного совета при Совете безопасности России
