12 мая 2009 года в Тверской ЗАГС Москвы пришли две девушки — Ирина Федотова и Ирина Шепитько — и попытались заключить брак. ЗАГС в заключении брака отказал, сославшись при этом на Семейный кодекс. А 6 октября 2009 года Тверской районный суд признал этот отказ со ссылкой на Семейный кодекс законным. Пройдя все инстанции русского суда, две Ирины дошли до суда Европейского.
И вот 23 мая сего года громоздкая и медленная машина ЕСПЧ провернулась, задав правительству России вопросы. «Российским властям заданы вопросы по обстоятельствам возможных нарушений норм Конвенции по правам человека. В частности, не является ли отказ в регистрации брака однополых пар нарушением права на частную жизнь и не является ли такое положение дискриминацией», — сообщил представитель суда в интервью «РИА Новости».
В иске двух Ирин, надо заметить, состав нарушений был несколько шире. Они настаивали на нарушении статьи 12, гарантирующей право на брак, статьи 8 — право на уважение семейной жизни и статьи 14 — запрет дискриминации.
Я не юрист. Моя первая профессия проще — я программист. А что делает программист при любом сомнении? Правильно, он лезет в документацию. Для начала я открыл Конвенцию по правам человека и посмотрел на указанные в иске статьи.
В статье 8 (извините за пространные цитаты, они необходимы) сказано так:
«1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».
Уважение к личной жизни людей вне зависимости от их сексуальных предпочтений у нас декларировалось на самом высоком уровне, включая председателя Конституционного суда. Вот его слова, сказанные на выступлении на Петербургском международном юридическом форуме: «Мы уважаем права сексуальных меньшинств, но мы должны и защищать права большинства».
Вмешательства со стороны публичных властей в личную жизнь гомосексуальных пар я тоже не замечал. Хулиганы да, вмешиваются. Но не публичные власти.
Теперь статья 14 — запрет дискриминации. Тут всё проще: запрещается дискриминация «по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам». Как видите, признака сексуальной ориентации в этом перечне нет. Хотя есть «любые другие причины», но хотелось бы мне посмотреть на то, как в Европе запрещается дискриминация, скажем, по признаку сексуального влечения к малолетним. Предвидя возможное возмущение, сразу предупрежу: нет, я не сравниваю добропорядочных гомосексуалов с педофилами. Я лишь заостряю проблему широты толкования.
А вот статью 12 ЕСПЧ из своих вопросов к русскому правительству исключило. И знаете, почему?
А потому что в ней сказано так: «Мужчины и женщины, достигшие брачного возраста, имеют право вступать в брак и создавать семью в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права». В соответствии с национальным законодательством!
Тут бы, конечно, колонку эту и прекратить, но с национальным законодательством у нас всё не так просто. Дело в том, что формализованного понятия «брак» в российском законодательстве… нет. В Конституции слова «мужчина» и «женщина» употребляются по одному разу в одном и том же предложении об их равных правах. В Семейном кодексе есть лишь: «Для заключения брака необходимы взаимное добровольное согласие мужчины и женщины, вступающих в брак, и достижение ими брачного возраста», что, как вы понимаете, тоже можно трактовать разнообразно.
Ну то есть если подходить к вопросу формально, то здесь вполне возможен интереснейший юридический спор. Я не юрист, но лично я бы с удовольствием почитал подобный спор двух адекватных и холодных юристов, не оперирующих терминами «содомия», «гейропа» и «православный Иран».
Но это если подходить к вопросу формально. А если подходить к нему неформально, то спор может быть еще интереснее.
Автор «Алисы в стране чудес», английский писатель Люис Кэрролл любил фотографировать и рисовать обнаженных девочек. Причем делал он это с разрешения и в присутствии их матерей. Оказывается, в викторианской Англии девочки до 14 лет считались детьми и как сексуальный объект не рассматривались, поэтому в фотографировании их обнаженными ничего такого и не было.
Ну и попробуйте представить себе что-то подобное в современной Англии. Да сейчас вас могут обвинить в педофилии, если вы 12-летняя девочка и опубликуете в социальной сети собственную фотографию. И не дай Бог найдут у вас на компьютере какую-нибудь из фотографий, сделанных Кэроллом.
А как же было в Англии во времена Кэролла с гомосексуализмом? А было просто: смертная казнь за него полагалась.
То есть меньше чем за полтора века общественная мораль изменилась совершенно радикальным образом. Дозволенное стало криминальным, а криминальное стало дозволенным. Но если за эти годы мораль изменилась вот так, то где гарантия того, что за следующие годы она не изменится как-то еще? И стоит ли такому дредноуту, как наша страна, дергаться, чтобы угнаться за изменением этой морали? По собственному историческому опыту мы знаем, что такие дерганья нас никогда до хорошего не доводят.
Да, конечно, две Ирины не мыслят в терминах столетий, им надо решить свои проблемы (совместно нажитое имущество, дети, законное представительство друг друга) прямо сейчас. И поэтому они поехали в Канаду и заключили брак там.
Ну так вот вам и метод. Если в России нет тропического моря с пальмами, увешанными бананами и обезьянами, мы же не подаем иски в ЕСПЧ о нарушении наших прав. Нет, мы покупаем билет и летим туда, где есть это море.
А дредноут Россия продолжает спокойно плыть дальше.
Автор — публицист, создатель интернет-ресурса vladimir.vladimirovich.ru, основатель премии Паркера
