Антиутопии как жанру не исполнилось еще и ста лет, однако он себя давно исчерпал. Во-первых, антиутопия — это чрезвычайно просто технологически (хрестоматийное «замени кит на кот»), а во-вторых, фантазии у человечества, как ни крути, маловато. Тотальное государство, следящее за каждым вдохом личности, — концепция чисто библейская, а вот за пределами этой библейской концепции ничего как-то и не придумывается.
Бог видит всё. Тоталитарное ничто видит всё. Что делает Бог с увиденным — непостижимо. А что делает с этим тоталитарное ничто, теоретически должны знать его представители. И даже когда однажды от них откалывается какой-нибудь ренегат и начинает рассказывать нам страшные тайны, понятнее не становится. Зачем может понадобиться прослушивание всех и вся? Тем более что для прослушивания миллиона ничего не подозревающих граждан понадобится не менее миллиона посвященных во всё слушателей. Которых, в свою очередь, тоже кто-то должен прослушать.
Однако, несмотря на кризис жанра антиутопии, граждане традиционно боятся государственной слежки. И нервно реагируют на любое ее возможное проявление — как, например, одна моя знакомая буквально накануне в панике писала в Facebook: «У меня на экране смартфона появился какой-то замочек с окружающей стрелочкой! Что это значит, товарищ майор?» Девушке немедленно объяснили, что это означает всего лишь нажатую кнопку блокировки поворота экрана, но осадок остался. Страх, безусловно, иррационален, но этот страх есть.
И вот на фоне всей этой вялотекущей паранойи вдруг выясняется сенсационное: Наталья Касперская, сама фамилия которой означает посвящение в тайны, занимается разработкой технологии, позволяющей прослушивать и автоматически анализировать переговоры сотрудников компаний, пользующихся корпоративной сотовой связью.
«Планируется, что аппаратное устройство, установленное в компании, будет интегрировано с ядром сети сотового оператора, чтобы оно стало доверенной базовой станцией оператора сотовой связи. Затем эта базовая станция будет перехватывать голосовой трафик с мобильных телефонов, находящихся в зоне ее действия», — пояснила Наталья Касперская газете «Коммерсантъ».
И началось.
Эта технология нарушает 23 статью Конституции («Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения»). Эта технология может использоваться без ведома сотового оператора. Прослушивание даже корпоративных телефонов незаконно априори, поскольку на эти телефоны могут звонить люди, не связанные корпоративными обязательствами.
Касперская оправдывается, говоря, что автоматический анализ речевого трафика по ключевым словам не является нарушением тайны переговоров, поскольку робот никому ничего не расскажет.
И вся эта возня выглядит, честно говоря, как-то странно.
За последние 10 лет человечество проделало гигантский технологический скачок, а ментально осталось всё тем же. Да вот взять хотя бы самый свежий пример: певица Анастасия Стоцкая, сидя в качестве участницы национального профессионального жюри России на генеральном прогоне первого полуфинала конкурса «Евровидение», комментировала в Periscope выступление артистов других стран. И когда представители этих самых других стран задали России недоуменные вопросы, вдруг выяснилось, что девушка, разумеется, совершенно не думала о том, что это может увидеть кто-то, кому это не предназначено.
Эта история повторяется изо дня в день: фотографии голых звезд Голливуда, которые они делали перед зеркалом для своих любимых, переписки политиков из любых лагерей, снятые спецслужбами эротические приключения общественных деятелей — все это каждый раз вызывает искреннее возмущение населения. Того самого населения, которое, не задумываясь, подписывает толстые корпоративные контракты с целыми страницами строгих правил о неразглашении, не глядя подписывает разрешения на обработку персональных данных, всегда таскает с собой паспорт (а вдруг где понадобится) и даже соглашается на исследование на полиграфе для того, чтобы получить работу в дорогом банке.
«Нет ли здесь какого-либо противоречия?» — так и хочется спросить мне. Но я не спрашиваю, потому что я знаю ответ. Мне ответят, что одно дело — «с ведома», а другое дело — «без ведома». Потому что там, где я виден, я буду пушистый. А там, где не виден, я могу заниматься всем, чем мне хочется. Таково современное общество. Общество, не забывающее о всевидящем оке большого брата, но забывшее о другом всевидящем оке.
А ведь еще две тысячи лет назад все было сформулировано и объявлено.
Живи так, как будто за тобой все время следит скрытая камера. Не греши даже в мыслях. Не фотографируйся голым в зеркале для любимых — просто поезжай к любимому. И если ты не прелюбодействуешь — никто не осудит, даже если там будет та самая камера. Не пиши в переписке ничего, что могло бы быть использовано против тебя. Просто потому, что любая информация (любая!), которая однажды попала в интернет, неизбежно останется там навсегда и может быть извлечена оттуда в любой момент самыми неожиданными людьми.
Казалось бы, самим своим прогрессом человечество вплотную приблизилось к идеальному, именно что утопическому обществу. Обществу, где все открыто. Где нет плохих людей, потому что не может быть плохих планов. Ведь та же объявленная технология Касперской — всего лишь последнее звено в разрабатываемой ее компанией InfoWatch много лет системе слежения (или, если хотите, поддержания порядка) за персоналом. Они давно уже анализируют всю переписку, мессенджеры и копирование информации на носители. И раньше это никого как-то не возмущало. Все, видимо, просто научились не писать в деловой переписке слова «бомба» и «взятка» и не копировать на носители содержащие коммерческую тайну базы данных.
Так в чем же дело? Просто живите по совести и по закону, и ни одной проблемы не будет. И, поверьте, так давно уже делают многие. И их голые фоточки в интернете не появляются. И в сливах переписок их имена не фигурируют. И эротических видео с их участием по телевидению не показывают.
Общепринятое определение антиутопии довольно красиво: это описание победы сил разума над силами добра.
Но ведь силы разума силам добра не противоречат.
Они конвергентны.
