Гелий Коржев — художник русской беды
В Третьяковской галерее на Крымском Валу новый грандиозный проект. Долгожданную выставку Гелия Коржева, работа над которой заняла три года, организаторы уже называют одним из самых сложных проектов за всю современную историю «Третьяковки».
Перед залом № 60 на красном фоне светятся буквы, образующие химическое слово «Гелий».
— Я не помню другого проекта, к которому мы бы относились с такой страстью, будучи столь вдохновлены и имея столь разные позиции и интерпретации, — говорит директор «Третьяковки» Зельфира Трегулова.
Первая масштабная выставка Гелия Коржева, которая, по заявлению организаторов, обещает стать прорывом в исследовании творчества, целиком и полностью является детищем Трегуловой. Правда, она хотела осуществить ее при жизни Гелия Коржева.
В 2007 году выставка патриарха «сурового стиля» с большим успехом прошла в Миннеаполисе, но вторая часть проекта — показ художника в Третьяковской галерее — была отложена почти на десятилетие.
Сегодня художник, показавший иное предназначению живописи, не картинку и не прекрасное зеркало действительности, наконец представлен в России.
Выставка открывается знаменитым портретом солдата из серии «Опаленные огнем войны». Коротко стриженый человек в гимнастерке, с землистым цветом лица печально и обреченно смотрит на зрителя единственным глазом.
Коржев писал людей, на которых оставила отметину их собственная жизнь. Людей увечных, пораженных зримой травмой.
Он считал, что человек не может пройти по жизни как зритель. Потому и архитектор Евгений Асс предложил посетителю выставки не быть просто зрителем. Намеренно некомфортное в некоторых местах построение экспозиции заставляет нас сделать усилие над собой. Пройти по конкретному пути, чтобы увидеть многое. И через сквозные окна в стенах увидеть одну эпоху через другую.
«Гелий Коржев — художник русской беды» — так сказал о нем искусствовед Александр Боровский.
Во времена, когда большая часть художников писала ура-патриотичные работы о том, что мы сильнее, лучше и выше, Коржев работал над русской драмой. Егорка-летун разбивается. Его герои умирают на войне. Цветущая женщина обречена, и диагноз ей ставит сам художник, изображенный в виде доктора с красным фонендоскопом.
— Обычно художники боятся нарративов. Считают, что таким заниматься неприлично. Но работы Коржева — это не просто негативный сюжет, характерный для XX века. Это большое экзистенциальное высказывание. Он не критикует алкашей, которые спились. Он говорит: «Вставай, Иван». Он создает образ жизни, которая уходит, растрачивается бог знает на что, — говорит куратор.
Но неожиданно на вопрос, есть ли выход, отвечает утвердительно.
— Каждый приговор и есть выход. Пьющие Иваны — воспрянут. Сын из тюрьмы вернется к отцу. Он хотел показать, что и без победных криков Россия всегда худо-бедно возрождается. Он рассчитывал на такую Россию.
Из 160 работ художника большую часть никто не видел в России. Так получилось, что после начала перестройки Коржев предпочитал общаться с частными коллекционерами. Одной из самых больших коллекций патриарха «сурового стиля» обладает Реймонд Джонсон. Именно он предоставил 38 работ для нынешней выставки.
— В ситуации, когда в течение пяти лет существует эмбарго на обмен с американскими музеями, это действительно прорыв в международном обмене, — отметила директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова.
