«Не бейте, пожалуйста, вокруг куста»
Английская идиома to beat about the bush означает «уклоняться от сути», «говорить вокруг да около». Человек, утомленный такой манерой рассуждения, просит собеседника не бить вокруг куста.
Такое пожелание является и при чтении докладов, раскрывающих настоящее и будущее России через персоналии и сообщающих, кого верховный правитель держит близ сердца.
Последний пример такого текста — доклад консультационного бюро тов. Минченко про «Политбюро-2015». Члены политбюро, кандидаты в члены политбюро, совсем ближний круг etc. Тихо плавают в тумане хоры стройные светил, а в центре — наше красное солнышко. Такая астрономия всем интересна.
Беда только в том, что доклад нимало не проясняет перспективы того, кто, согласно тексту, ближе всех к сердцу государя — кронпринца и эрцгерцога Д.А. Медведева. Не проясняет, поскольку не в состоянии задать проясняющие вопросы, а в состоянии только бить вокруг куста.
Ибо главный вопрос, занимающий всех, не исключая и верховного правителя, сводится к тому, какова природа нынешнего лояльного смирения премьер-министра. Ибо лояльность может быть продиктована двумя прямо противоположными причинами. Может — великодушием. И может — малодушием.
В первом случае верность является внутренним душевным императивом Д.А. Медведева, единожды и навсегда присягнувшего В.В. Путину — «Блюдите вашу клятву. // Вам ясен долг, Господь карает ложь». Соответственно, и служит премьер, как то и подобает великодушному мужу, не за страх, а за совесть.
Во втором, внешне не особо отличимом случае, верность вызывается, напротив, малодушием. Присяга в общем-то вещь условная и определяющего значения иметь не может, но кара со стороны правителя изменившему сподвижнику — вещь куда как безусловная и может быть весьма болезненной. Тогда срок действия верности, вызываемой единственно внешними причинами, четко ограничен. Соработник предан до тех и только до тех пор, пока правитель в состоянии карать. Если он по какой-либо причине лишен такой возможности, от доселе преданного слуги можно ждать всякого.
До сих пор вопрос «великодушие или малодушие» делался предметом публичного наблюдения — скрытые трения, а равно и показные объятия, могущие на деле означать всё что угодно, не в счет — только единожды. В марте 2011 года, когда решалась судьба полковника Каддафи.
Руководивший тогда внешней политикой президент Д.А. Медведев занял позицию невмешательства в ливийский вопрос, что de facto означало позицию «Делайте с ним, что угодно, нам всё равно».
Премьер В.В. Путин такую полную сдачу полковника подверг критике, указав, что резолюция СБ ООН № 1973 напоминает ему «средневековый призыв к крестовому походу, когда кто-то призывал кого-то идти в определенное место и чего-то освобождать» (resp. чего-то демократизировать).
Реакция президента Медведева была весьма острой: «Ни в коем случае недопустимо использовать выражения, которые по сути ведут к столкновению цивилизаций. Типа «крестовых походов» и так далее. Это неприемлемо». Неправильно предвидевший дальнейшее развитие событий политолог Г.О. Павловский поспешил заметить, что В.В. Путин производит возбуждение среди «антимедведевской черни».
Многие сходятся в том, что отречение от второго президентского срока, произнесенное Д.А. Медведевым через полгода, 24 сентября 2011 года, было предопределено именно мартовской коллизией.
В нынешней ситуации, когда столкновение цивилизаций таки произошло, а сдача Асада-мл. вослед за Каддафи, напротив, не произошла, и когда политическое обострение достигло весьма высокого уровня, вопрос о верности Д.А. Медведева, а равно о великодушии vs. малодушии, только приобрел в актуальности. Ибо ставки с 2011 года существенно возвысились.
Возможно, мы не знаем и не скоро или даже никогда не узнаем каких-то очень важных деталей взаимоотношений нынешних президента и премьера. Но подменять отсутствующее — и совершенно необходимое — знание рисованием диаграмм, из которых следует, что близость Д.А. Медведева к В.В. Путину возросла по сравнению с 2014 годом в два раза, неформальное влияние на политику и финансовый ресурс — тоже в два раза, а партийно-политический и символически-имиджевый ресурс — в полтора раза (знать бы еще, как эти многообразные ресурсы достоверно подсчитывать), — такая подмена как раз и называется «бить вокруг куста».
Вопрос о ближнем и даже ближайшем круге в конечном счете сводится к тому, что «кто же будет за Россию перед Всевышним отвечать?», но перед этим вопросом пасуют все, и тут даже таинства политологии бессильны.
