«Чиновники навязывают нам свои представления о прекрасном»

В четверг 22 октября стало известно о том, что российские театральные критики заявили о создании собственной ассоциации. Организация появляется на волне скандала с «Золотой маской» и призвана объединить театральное сообщество, для того чтобы отстаивать свободу творчества. Корреспондент «Известий» Юлия Майорова задала вопросы члену инициативной группы по созданию ассоциации, главному редактору журнала «Театр» Марине Давыдовой.

— Какие задачи ставит перед собой Ассоциация театральных критиков? Почему создание ассоциации необходимо именно сейчас?

— Оно и прежде было необходимо. Театральным критикам, как и режиссерам, у которых есть своя гильдия, нужно как-то отстаивать интересы своего профессионального сообщества. В том числе и в разговоре с чиновниками. До недавнего времени они сохраняли нейтралитет, не вторгались напрямую в жизнь театрального сообщества. Эта жизнь последние 25 лет была сложной, бурной, противоречивой, но она текла своим чередом, без их вмешательства. Теперь всё изменилось. Чиновники диктуют нам свои законы, навязывают свои представления о прекрасном. Мы объединились, чтобы этому противостоять.

— Какую структуру будет иметь ассоциация? Кто будет принимать решения о включении в нее критиков?

— Структуру — предельно незабюрократизированную. Председателя у нас, скорее всего, вообще не будет, решения будут приниматься коллегиально. Есть предложение принимать в ассоциацию тех критиков, чья кандидатура наберет в ходе голосования две трети уже имеющихся членов организации. Но устав пока находится в стадии разработки. Мы пока лишь сформулировали декларацию о намерениях.

— Каковы будут критерии отбора в ассоциацию?

— Да простые критерии. Члены ассоциации должны быть театральными критиками. Критиком считается человек, который пишет об актуальных событиях и проблемах театральной жизни, публикует тексты в ведущих профильных и непрофильных изданиях. Если человек пишет в газетке, что артист упал в оркестровую яму, то он журналист, репортер, но вряд ли его можно назвать театральным критиком.

Если человек хорошо знает историю античного театра, но не пишет об актуальных события театральной жизни и не очень в ней разбирается, критиком он тоже называться не может. Критики — профессионально пишущие о современном театре люди.

— А Капиталину Кокшеневу возьмете в ассоциацию?

— Если две трети членов ассоциации увидят в этом человеке своего коллегу, то да. Повторяю, устав пока в процессе разработки.

— Как вы считаете, у нее есть шанс? Она соответствует профессиональным критериям?

— Я лично думаю, шансов мало. Большая часть сообщества не признает ее своей коллегой. Театральные критики — особая порода людей, они непрерывно посещают театр, премьеры, фестивали. Они чуть ли каждый вечер проводят в театре. Мы все друг друга знаем в лицо. Но о существовании критика Капитолины Кокшеневой мы до недавнего времени даже не подозревали.

— Какую роль надеется сыграть ассоциация в судьбе «Золотой маски»?

— Номинационные списки «Золотой маски» все эти годы формировались экспертами. Эксперты — это критики. Кроме критиков, ни один человек не в состоянии так много ходить в театр, посвящать свою жизнь тому, чтобы отсматривать сотни спектаклей в год. А эксперт «Золотой маски» должен еще летать беспрерывно в другие города. С трудом представляю себе, чтобы этот нелегкий руд взвалили на себя артисты, сценографы или режиссеры.

Да и потом, у них нет должного сопоставительного пространства. Мы создали ассоциацию, в которую уже вошла большая часть критиков России, хотя мы только два дня этим занимаемся. И к нам продолжают присоединяться профессионалы. Если в итоге в ассоциации будут собраны едва ли не все критики страны, а с нашим мнением не захотят считаться, то возникает вопрос: кто же будет отбирать спектакли? Кроме театральных критиков, никто не может этого сделать. Либо наше мнение, совокупное, будет учитываться, либо «Золотая маска» вступит в системный кризис и ее ценность и репутация снизятся до нуля.

— Какие вопросы помимо «Золотой маски» готова решить ассоциация?

— Какие жизнь подбросит.

— Ассоциация планирует сотрудничать с чиновниками? Вести диалог с Минкультуры?

— Вести диалог и сотрудничать — это разные вещи. Я лично всегда готова к любому диалогу. Но диалог подразумевает разговор двух сторон, если одна сторона хочет говорить, а другая диктовать условия, это уже не диалог.

— Насколько неожиданным стал отказ Александра Калягина распустить экспертный совет «Золотой маски»?

— Он не стал неожиданным и не был ожидаемым. В данном ситуации мы не можем ничего требовать, мы можем только выразить свое мнение. Но это мнение большого числа профессиональных людей, к которому имеет смысл прислушаться.

— На ваш взгляд, означает ли отказ Александра Калягина, что Минкультуры удалось убедить его в правильности позиции ведомства?

— Нет, я так не думаю. Александр Калягин никогда не представлял интересы какого-либо ведомства, он всегда представлял исключительно интересы театрального сообщества. Просто он и члены ассоциации могут сейчас эти интересы по-разному понимать. Но в том, что нам удастся наладить диалог с СТД, я почти не сомневаюсь.