Большевистские памятники предложили снять с госохраны
Российский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева предлагает пересмотреть реестр памятников истории и культуры, исключив из него часть объектов, связанных с большевистским наследием, в случае если эти объекты не имеют художественной ценности. Как отмечает руководство института, значимость некоторых из этих памятников может быть сегодня поставлена под сомнение.
— Мы живем в постсоветскую эпоху. Коммунистическая идеология была светской религией, и у этой религии были свои многочисленные святые и мученики. Только в отличие от подлинных святых и мучеников многие герои революции и интернационала были бандитами и палачами. Но так или иначе до сих пор памятные места, связанные с этими лицами, находятся под охраной. Просто по инерции. Насколько нам известно, официального пересмотра реестра объектов культурного наследия так и не было произведено, — говорит директор института наследия Арсений Миронов.
Так, к примеру, на государственной охране сегодня стоят: дом Цыренова в Бурятии, где в 1920–1921 годах под руководством Сухэ-Батора и Чобалсана проходили нелегальные совещания монгольских революционеров, дом в Калмыкии, где в июле 1920 года проходил I общекалмыцкий съезд советов, бюст Кирова в Кондопоге, могила комсомольского и партийного работника в городе Ачинске Красноярского края И.Н. Строчко и множество других подобных памятников.
— У нас охранный статус имеет более 140 тыс. объектов. С одной стороны, можно воскликнуть: «Вот это богатство!», но с другой стороны — некоторые эти памятники объективно имеют нулевую художественную и очень спорную историческую ценность, — уверен Арсений Миронов. — Памятники в реестре можно разделить на четыре группы: археологические, архитектурные, исторические и памятники монументального искусства. В советское время в силу тотального засилия советской идеологии памятниками, в первую очередь историческими, объявлялись самые неожиданные объекты. Вот, например, в городе Кропоткине Краснодарского края под охраной до сих пор стоит перрон железнодорожной станции, где выступал с речью председатель ВЦИК М.И. Калинин.
По мнению руководства Института имени Лихачева, исключив из реестра часть памятников советского времени, включая многочисленные памятники Ленину, государство смогло бы сосредоточить свои силы на заботе о действительно ценных объектах культурного наследия. Кроме того, в реестр необходимо включать исторические объекты, связанные со знаменитыми людьми, репрессированными советской властью.
Эксперты, опрошенные «Известиями», отнеслись к инициативе по-разному. Председатель общественного движения «Архнадзор» Константин Михайлов считает, что подходить к культурному наследию с идеологической точки зрения — губительно.
— Действительно, в советские времена основанием для постановки на госохрану была историческая ценность, связанная с историческими событиями. Однако это не отменяет других аспектов ценности объектов как живых свидетельств истории и материальной культуры. Эти революционные здания, и их история не сводится к революционному аспекту. У нас до недавнего времени Политехнический музей охранялся, потому что в нем в большой аудитории выступал Ленин. По это логике мы должны разжаловать Политех из памятников? Это бред. Я считаю, что можно ставить вопрос об уточнении их названия, их историко-культурной ценности, о выявлении других событий, с ними связанных, но вопрос снятия с госохраны — недопустим, — сказал Михайлов.
Глава историко-просветительского общества «Мемориал» Арсений Рогинский согласился, что часть памятников Ленину нужно снять с госохраны.
— Чаще всего это однотипные памятники, не обладающие высокой художественной ценностью. Безусловно, не должно быть памятников людям, которые имеют отношения к массовому террору, безусловно, имена этих деятелей должны быть убраны из топонимики. Что касается архитектурных объектов, то я бы остерегся от резких действий. Действительно, много странных вещей, связанных с историко-революционной и военной тематикой, попало в наши реестры. Но сейчас предлагать снять с них статус охраняемых объектов было бы ошибкой. Наши революционеры обычно не в хрущевках жили. Они жили в исторической части городов, в местах старой застройки. Поэтому, снимая охранный статус с того домика, где жил революционер, мы в скором времени получим вместо домика супермаркет. А оно нам надо? — спрашивает Рогинский.
Историк Игорь Орлов поддержал идею института наследия, отметив, что федеральный бюджет должен иметь строгий реестр памятников, которые действительно являются ценностью.
— Нельзя доходить до края: тут товарищ присел, в этом месте — привстал, здесь — поел. У нас масса несерьезных памятников, вроде зданий, где проходил первый съезд чего-нибудь. Если местные жители какого-либо региона считают важным, что 80 лет назад в этой избушке выступал такой-то и такой-то, пусть они сами и берут на охрану эти объекты, — считает историк.
В мае министр культуры Владимир Мединский направил письмо председателю ЦК КПРФ Геннадию Зюганову, в котором пообещал сделать все, чтобы сохранить памятники Ленину. «Мы придерживаемся четкой позиции, что свидетельства советской эпохи должны оставаться и напоминать о силе человеческого духа, боевом и трудовом героизме наших предков. Только так можно добиться историко-культурной преемственности, необходимой для будущего России», — писал Мединский.
В августе комсомольцы Республики Коми организовали всероссийский флешмоб «Селфи с Лениным», участникам которого предлагалось поучаствовать в конкурсе на лучшее фото рядом с памятником Ленину.
