Богат и славен Кочубей

Третьего августа с.г. премьер Д.А. Медведев из Сочи проводил радиоперекличку с главами регионов, интересуясь видами на урожай. Губернатор Ставропольского края В.В. Владимиров, не довольствуясь рассказом о состоянии краевого земледелия, поведал премьеру также и о скотоводстве.

Он сообщил, что у них в крае — как, впрочем, и по всей России — вследствие дыры в законе «О личном подсобном хозяйстве», не устанавливающем количественных ограничений, присущих таковому хозяйству, «есть люди, которые якобы держат личное подсобное хозяйство, у которых отара — 14 тыс. овец, у которых бычков под 1,5 тыс., и они тоже являются участниками личного подсобного хозяйства. При этом он не индивидуальный предприниматель, никаких страховых взносов не платит и в то же время в отсутствие земли у себя занимается фактически вредительством и создает социальную напряженность».

Картина того, как «Богат и славен Кочубей. // Его луга необозримы; // Там табуны его коней (вар.: «свиней») // Пасутся вольны, нехранимы. // Кругом Полтавы хутора // Окружены его садами» — и на фоне всего этого роскошества Кочубей, формально будучи лишь владельцем скромного подсобного хозяйства, не платит ни копейки налогов, занимаясь вредительством. Картина показалась премьеру и в самом деле несообразной. К тому же губернатор Владимиров, критикуя, предложил свои меры: «Очень большая просьба внести в 112-й федеральный закон изменения, или же передать на уровень субъектов возможность введения таких ограничений, либо же ввести ограничения. Для нас, для Ставрополья скажу — это пять КРС (крупных рогатых скотов. — М.С.) и 20 овец». Д.А. Медведев согласился с тем, что вопрос достоин изучения, а уже спустя неделю дал форменное поручение: «Минсельхозу России (А.Н. Ткачеву) совместно с Минэкономразвития России и Минфином России, с участием органов исполнительной власти субъектов РФ проработать вопрос о внесении изменений в законодательство РФ в части регулирования отношений по ведению личного подсобного хозяйства, в том числе установления ограничений поголовья сельскохозяйственных животных и птицы, используемых при ведении такого хозяйства». То есть изучаться будет вопрос не только от КРС и овцах, но также о курях и утках. Вердикт будет вынесен 23 сентября.

Вопрос не столь тривиален, как то казалось в ходе радиопереклички. Понятно ревнивое отношение больших агропредприятий (и тов. Силуанова А.Г.) к богатым и славным Кочубеям, не платящим налогов. Вместе с тем уплата налогов со скотоводства в полном объеме может повлечь за собой не только прекращение вредительства, но и прекращение скотоводства. Примерами история социалистического сельского хозяйства богата до крайности.

Опять же большой вопрос, возможно ли вообще установление единой нормы для такой большой страны, как Россия. Разнообразие ландшафтов, климатов, социально-экономических условий, способов хозяйствования (интенсивный/экстенсивный), народных обычаев весьма велико. Создать единый разумный норматив для эвенков, тверичей, кубанцев, балкарцев и поморов вряд ли возможно.

Скорее всего, торг придется перевести в регионы. Равно как и беспристрастный подсчет овец, коз, курей etc. по подворьям. Учитывая, что даже земельный кадастр находится в зачаточном состоянии — притом что земля не мычит, не хрюкает и не разбегается во все стороны, — перепись скотов может оказаться довольно трудной задачей.

Теоретически все препятствия преодолимы, но непонятно, зачем сразу объявлять о задаче и ставить столь сжатый срок исполнения. Нарекаемый закон о ЛПХ был принят в 2003 году, и Россия с тех пор от вредительства все-таки не погибла. Еще год тщательной и без лишнего шума проработки вопроса можно было бы и потерпеть, ибо сверхострой надобности на охоту ехать, собак кормить не наблюдается.

Без лишнего шума или, если уж с шумом, то и с максимально подробным терпеливым разъяснением (буде, конечно, наше правительство вообще к такому способно) — поскольку есть некоторые звукосочетания, вызывающие в публике безусловный рефлекс: например, «О мерах по усилению борьбы с …» и звукосочетание «О дальнейшем совершенствовании регулирования личного подсобного хозяйства» сразу вызывают в памяти целую гамму образов. Тут и Хрущев, в конце 1950-х задумавший стереть грань между городом и деревней посредством забоя личного скота поселян, тут и Горбачев, в 1985 году, прежде чем всецело отдаться живительной стихии рыночного хозяйства, напоследок организовавший погромы частных тепличных хозяйств, выращивавших огурцы и помидоры. Тт. Сталина и Ленина уж не будем и поминать.

Представим себе, что премьер по итогам очередного селекторного совещания поручает профильным ведомствам в месячный срок рассмотреть вопрос о печатании рублей в новом оформлении (например, с портретами Пушкина, Толстого, Гагарина вместо нынешних городских видов). Можно еще с изменением номинала («тяжелый рубль»), но можно даже и без этого. Сама по себе идея достаточно невинна — например, дизайн билетов Французского Банка менялся с 1958 до 2002 года неоднократно и никто от того не страдал. Но с учетом родной традиции денежных реформ у нас такое поручение гарантированно вызовет панику, так что лучше оставаться с безлюдными пейзажами на деньгах.

Устрожение требований к ЛПХ — из того же ряда. Культурные переживания тут столь сильны, что приступать к тому надо лишь в случае крайней необходимости и с превеликой тщательностью. И хорош же кабинет министров, которому это надо объяснять.