«В «Динамо» мне запретили появляться на базе и стадионе»

Александр Резепов рассказал «Известиям» подробности ухода из «Динамо», конфликте с бывшим спортивным директором клуба Гурамом Аджоевым, скандале с избиением главным тренером СКА Андреем Назаровым врача команды Егора Козлова. Резепов работал в клубе с 2008 года, чередуя работу с главной командой и в медицинском департаменте бело-голубых.

— В июне я покинул «Динамо» и начал работать в ЦСКА. Пришел вместо Александра Эдуардовича Ярдошвили, который покидает клуб.

— Кто придет вам на смену в «Динамо»? Говорят, вашим преемником может стать врач СКА Егор Козлов, фигурант скандала с главным тренером питерского СКА Андреем Назаровым.

— Это информацию узнаю от вас. Имя своего преемника я пока не знаю.

— С Козловым вы знакомы лично?

— Знаком и хочу публично поддержать его в этой истории. С самим Егором пока не удалось связаться — он в стационаре, его мобильный отключен, поэтому с ним лично случившееся пока не обсуждал, но созванивался в эти дни с коллегами — все мы целиком и полностью на стороне Егора. Тренер, коим является Назаров, должен быть педагогом, держать себя в руках, и таких инцидентов происходить не должно. Даже если Андрею Викторовичу не понравилось что-то из сказанного Козловым.

Вы сами знаете биографию тренера Назарова — в бытность игроком он был лучшим тафгаем НХЛ и КХЛ. Такой человек с поставленным ударом может отправить человека в нокаут, нанести черепно-мозговую травму. У меня был в практике случай с Владимиром Гранатом, когда болельщик нанес ему удар в висок. По видеотрансляции могло показаться, что ничего серьезного не было, а диагноз «сотрясение головного мозга» был подтвержден врачом — все симптомы налицо, и травма была очень серьезная. И самое главное: удар был неожиданный. Так что я поддерживаю Егора Козлова, и мне даже интересно, как поведет себя СКА, потому что в истории российского спорта и спортивной медицины такого случае не было, когда тренер поднимает руку на врача. Лично у меня это в голове не укладывается.

— В последний год в «Динамо» вы были отодвинуты от работы с главной командой?

— В начале прошлого сезона было решение на тот момент спортивного директора клуба Гурама Аджоева отстранить меня от медицинской работы с командой, запретить мне появляться на базе и стадионе. Никто не объяснял причин, просто Гурам Захарович сказал, что так будет лучше для команды. До этого я 7 лет работал с командой, и это было хорошо для нее. Но если новое руководство приняло иное решение, вопросов нет. Я человек неконфликтный.

— Чем занимались в период отстранения?

 Самообразованием. Во время практической работы с командой на это не всегда хватает времени, поэтому спасибо руководству клуба, что предоставили мне такую возможность, а также поручили выполнять медицинскую работу в Лиге Европы. По регламенту УЕФА нужно оказывать помощь командам соперников, когда они приезжают к нам играть. Я эту работу координировал в «Динамо» — контакты с врачами других команд, прием их, организация медицинского обследования для их игроков.

— Есть информация, что Аджоев активно добивался вашего увольнения, но действовавший до нынешнего лета контракт с «Динамо» был составлен так, что это сделать было невозможно.

— Нет, не в этом дело. Просто у нас всех есть контракты и их надо отрабатывать. Поэтому, когда я был отстранен от команды, Алексей Викторович Тихомиров (заместитель исполнительного директора «Динамо». — «Известия») поддержал меня, и я находился в клубе в качестве его консультанта. Когда контракт закончился, мы стали обсуждать дальнейшее сотрудничество, но тут появилось предложение от руководства ЦСКА, и в связи с неопределенностью ситуации в «Динамо» я его принял.

— Говорят. вы еще стажировались в хоккейном «Динамо» в год простоя?

— Еще и на еврохоккейтур в Швецию и Финляндию ездил со сборной, помогал ее врачу Валерию Евгеньевичу Конову. И в ходе сезона в «Динамо» помогал ему, так как сезон в КХЛ непрерывный, игр много, и нужно было помочь выполнить огромный объем работы по медицинской поддержке игроков в столь жестком графике. Мы с Валерием Евгеньевичем дружим, хорошо общаемся, вот он и пригласил поработать. Было хорошее отношение со стороны тренерского штаба и руководства хоккейного «Динамо», никто претензий не имел, а я получил возможность почерпнуть много нового для себя, впервые поработав в хоккее.

— Аджоева на посту спортивного директора сменил Андрей Кобелев. В его бытность главным тренером «Динамо» у вас с ним также не сложилась совместная работа?

— Да, Андрею Николаевичу было комфортнее работать с Олегом Голубевым, которого я сменил в 2008 году, когда мы выиграли бронзу, а затем в начале 2009-го уступил ему место, когда Кобелев посчитал нужным. После зимнего сбора, на котором у нас 7 человек переболело гриппом, меня перевели из команды на офисную работу в медицинском департаменте. На Андрея Николаевича обиды нет — уважаю его как человека и специалиста. Просто бывают ситуации, когда не складываются рабочие отношения у главного тренера и врача команды.

— Что случилось с Андреем Ворониным? Правда, что его травма была связана с работой массажиста Сергея Колесникова, которого привел с собой из «Зенита» Игорь Денисов?

— Мое мнение: господином Колесниковым были проведены определенные манипуляции с Ворониным, которые он не имел права делать ввиду отсутствия соответствующего образования. Андрею пришлось оперироваться в Швейцарии, восстанавливаться в Америке и в итоге закончить с футболом. Колесников не должен был вообще делать мануальную терапию — это не входит в его обязанности, поскольку у него нет ни образования, ни сертификата для этого. Мануальный терапевт — это совершенно другая профессия, радикально отличающаяся от работы массажиста. Здесь целая специфика, знаниям которой учатся не меньше 2 лет. И для этого нужно первоначальное образование либо травматолога, либо невролога, но никак не массажиста. Без этого тебя даже не возьмут на курсы мануального терапевта. И только получив специальное образование, человек получает право проводить соответствующие манипуляции. Тем более нельзя их проводить на шейном отделе позвоночника без обследования.

— Почему не получилось отговорить Воронина от использования услуг Колесникова?

— Когда я попытался объяснить Андрею ситуацию, он со мной не согласился. У них дружеские отношения с Денисовым, и, на мой взгляд, это сыграло свою роль.