В кризис в столичном метро стало в два раза меньше попрошаек

За первые пять месяцев 2015 года в столичном метрополитене были задержаны 980 попрошаек. В прошлом году за аналогичный период полицейские задержали в 2,3 раза больше тех, кто просил подаяние в подземке (2258 человек). Заместитель начальника отдела охраны общественного порядка УВД на Московском метрополитене ГУ МВД России по Москве Олег Гагарин считает, что тенденция может быть связана с экономической ситуацией — москвичи стали меньше подавать. По его словам, абсолютное большинство нищих в подземке — профессиональные вымогатели, которые делают бизнес на сочувствии.

По словам Олега Гагарина, полицейские сейчас реже задерживают попрошаек, потому что тех «стало меньше».

— Скорее всего, дело в экономической ситуации, — сказал он. — Может быть, пассажиры меньше стали подавать. Но дело не только в экономике. Наряды полиции нацелены на борьбу с попрошайками. И мы постоянно предупреждаем граждан, что большинство тех, кто прикидывается нищими, просто обманывают окружающих и делают бизнес, вызывая у пассажиров сочувствие. Тех, кто действительно нуждается, среди попрошаек единицы.

По словам Олега Гагарина, в основном нищие московской подземки — цыгане, многие из них приехали из Молдовы. Он предположил, что цыгане уехали к себе домой или в другие страны, когда бизнес здесь стал менее прибыльным.

Как пояснил Олег Гагарин, профессиональных попрошаек можно привлечь к ответственности по нескольким статьям. Нередко выясняется, что они нелегальные мигранты, и наказывают их за нарушение миграционного законодательства (ст. 18.8 КоАП РФ). В этом случае нарушителя задерживает полиция, а потом им занимается Федеральная миграционная служба. Его ждет до 7 тыс. рублей штрафа и выдворение из страны.

Также можно применить ст. 3.8 Кодекса об административных нарушениях Москвы — «Приставание к гражданам в общественных местах». Максимальное наказание — штраф до 500 рублей. Штрафы могут выписывать уполномоченные сотрудники метро или ГКУ «Организатор перевозок».

13 мая Мосгордума утвердила новые штрафы для попрошаек — до 5 тыс. рублей — и прописала сам термин «попрошайничество».

— Сейчас мы обсуждаем механизм работы по этой поправке, — сказал Олег Гагарин. — Полиция может выписывать протоколы по нарушениям, которые прописаны в федеральном законодательстве. А поскольку здесь речь идет о КоАП Москвы, этим будет заниматься городская организация, а именно ГКУ «Организатор перевозок».

Олег Гагарин добавил, что поправка поможет навести порядок в подземке. 

Глава фонда «Справедливая помощь» Елизавета Глинка также говорит, что большинство тех, кто просит милостыню в метро, — фальшивые нищие.

— Настоящие нуждающиеся, безусловно, существуют. Могут ли они пойти в метро? Думаю, какая-нибудь бабушка отчаявшаяся может пойти попросить на хлеб. Но я согласна с тем, что большинство, особенно те, которые собирают детям на операцию, какие-нибудь погорельцы, жертвы войны из Донецка и Луганска (для них ведь работают пункты помощи) — ненастоящие, — рассказала она. — Один раз доброволец привел ко мне женщину, которая собирала в метро деньги на операцию дочери. У нее была с собой история болезни. Я попросила посмотреть документ, и там были просто пустые листы. Но я не призываю отказывать в милостыне. Наверное, каждый должен поступать так, как считает нужным. Могло случиться и так, что история болезни была бы настоящей. Наверное, перед тем как помогать, можно это проверить. А иногда можно и без проверки подать человеку, который унизился настолько, что пошел просить у прохожих деньги.

Как ранее писали «Известия», многие благотворительные фонды, когда начался кризис, также стали получать меньше пожертвований — главным образом, от компаний. Так, в декабре 2014 года православная служба помощи «Милосердие» потеряла 17% пожертвований, благотворительный фонд «Предание» — 50%.

Как рассказали в фонде помощи хосписам «Вера», физические лица, то есть обычные люди, продолжают помогать, несмотря на ситуацию в экономике.

— Мы очень боялись, что пожертвований будет меньше, — сказала представитель фонда Елена Мартьянова. — Компании действительно некоторые время назад стали перечислять меньше денег, но сейчас ситуация выравнивается. При этом у нас нет ощущения, что обычные граждане стали помогать меньше. Возможно, нам сейчас приходится больше прикладывать усилий, чтобы донести до людей информацию о том, что есть нуждающиеся. Сейчас все благотворительные фонды для этого устраивают разные мероприятия. Мы проводили «Сладкий день» в поддержку детского хосписа. Люди устраивают дни рождения в пользу фонда — вместо подарков просят поддержать пациентов хосписа. Увеличилось число людей, который переводят небольшие суммы — 50, 100, 200 рублей. Может быть, кризис сплачивает людей и они больше думают о том, что нужно помогать друг другу.

По словам ведущего научного сотрудника Института комплексных социальных исследований РАН Леонтия Бызова, по готовности помочь друг другу «мы существенно отстаем от жителей многих других стран и от себя самих в советском прошлом».

— Люди относительно мало интересуются чужими делами и относительно мало готовы проявлять сочувствие к другим, потому что замкнуты на своих проблемах и на проблемах самых близких, — сказал он. — К систематической благотворительности большинство людей не готовы. Если что-то в этом отношении в последнее время меняется, то очень медленно.

Попрошайки, по его словам, вызывают у большинства россиян смешанное чувство жалости и раздражения.