7 июня в Турции состоятся очередные выборы в парламент — меджлис, которые определят будущее страны на ближайшие 4 года. Судя по всему, это будущее окажется весьма туманным — такого предвыборного напряжения страна не знала с 2002 года.
Согласно Конституции, Турция — парламентская республика. Победившая на выборах партия формирует однопартийное или, в случае неуверенной победы, коалиционное правительство, предлагает на рассмотрение парламенту кандидатуру премьер-министра, который и является лицом, ответственным за принятие всех касающихся внешней и внутренней политики государства решений.
С 2002 года в Турции безраздельно господствовала Партия справедливости и развития (ПСР), однако сейчас существуют все условия, для того чтобы положить этой монополии конец.
Новосозданная ПСР неожиданно победила на выборах 2002 года. Ей удалось набрать всего 33% голосов избирателей, однако этого оказалось вполне достаточно, поскольку незадолго до этого был принят закон, повышающий барьер для прохождения в парламент политических партий до 10%. Направленный против курдов барьер оставил за пределами большой политики множество заседавших в парламенте в 1990-е традиционных партий. Их голоса автоматически перешли к ПСР и позволили ей создать однопартийное правительство.
В ходе последующих выборов 2007 и 2011 годов партии удалось только укрепить свои позиции благодаря успешной социальной и экономической политике. Авторитет ее лидера Реджепа Тайипа Эрдогана возрастал как внутри страны, так и за границей. За 12 лет у власти правительству удалось обуздать инфляцию, увеличить ВВП в три раза, экспорт — почти пятикратно, выйти на 2-е место в мире по темпам роста после КНР и войти в G20.
Благодаря стратегии «ноль проблем с соседями» Турция наладила отношения почти со всеми приграничными государствами и начала с ними взаимовыгодное сотрудничество.
ПСР ориентировалась на электоральную базу верующего большинства страны, которое подвергалось дискриминации прежними властями. Поэтому исламизация общества и успешная борьба со светскими армейскими кругами встречала горячую поддержку внутри страны. Эрдогану удалось в результате референдума изменить Конституцию: вывести армию за пределы политики и объявить выборы президента страны всеобщими.
По закону Эрдоган не мог выдвигать свою кандидатуру на пост премьер-министра в третий раз, поэтому в августе 2014 года он принял участие и победил в первом туре первых в истории всенародных президентских выборов, набрав более 50% голосов избирателей. Это стало последней по времени крупной и безоговорочной победой ПСР и ее лидера.
С 2012 года у турецкого руководства появились серьезные проблемы. Связаны они были с «арабской весной» — массовыми народными движениями в арабских странах, в результате которых традиционные светские режимы в Египте, Ливии, Тунисе, Йемене пали, а в Сирии разразилась гражданская война.
Правительству Эрдогана показалось, что Анкара может играть новую, ведущую роль на Ближнем Востоке и восстановить контроль над пространством, ранее входившим в состав Османской империи. Турция активно поддержала арабские революции, на что ушло довольно много сил и средств.
Особое внимание Анкара уделяла Сирии. Казалось, со дня на день Башар Асад должен был сдаться перед лицом международного давления, поэтому Турция в 2012 году открыла границы для беженцев, обеспечив им комфортные условия для пребывания в специально оборудованных лагерях. Однако противостояние в Сирии из антидиктаторской революции перерастало в затяжной конфликт всех против всех, ведущую роль в котором стали играть международные террористические группировки, а потом «Исламское государство».
Примерно такая же ситуация сложилась и в Йемене.
В 2013 году пали дружественные Турции режимы в Египте и Тунисе. Поддерживающий официальный Дамаск Тегеран также постарался понизить уровень отношений с Анкарой. В результате активного вмешательства в дела арабских стран Турция оказалась с юга и востока окружена недружественными режимами, отказывающимися развивать двусторонние отношения. Мечта о новой Османской империи так и осталась на бумаге.
Немало проблем у Эрдогана появилось и во внутриполитической сфере. Ранее на выборах ему удавалось одерживать победу за победой не только благодаря слабоорганизованной оппозиции, но и высокой степени консолидации его сторонников: за ПСР призывали голосовать тарикаты и джемааты — религиозные братства, роль которых в экономике и социальной сфере резко возросла. Однако с одним из самых крупных и влиятельных из них — движением «Хизмет», духовным лидером которого является проживающий в США проповедник Фетхуллах Гюлен, вышел конфликт. До 2013 года движение, обладающее мощными медиаресурсами, оказывало Эрдогану поддержку, однако впоследствии оно примкнуло к оппозиции.
Власть ПСР и движение «Хизмет» отлично дополняли друг друга. Правительство занималось разрешением насущных экономических и политических проблем, а «Хизмет» обеспечивал его поддержку через контролируемые газеты, телеканалы, сеть университетов, школ и культурных центров по всему миру. Однако после завоевания президентского поста Эрдоган начал проявлять поистине халифские амбиции, потребовав от лидеров религиозных объединений безоговорочного подчинения.
Гюлен такую игру не принял и через подконтрольные медиасети начал сливать на Эрдогана компромат.
Оказалось, что среди высшего эшелона власти процветает невиданная коррупция. Сам лидер и члены его семьи хранили дома сотни миллионов долларов, полученных по результатам теневых сделок с Ираном. Выявлены были также странные отношения между турецкой разведкой и ИГ. Разгневанный султан обрушил на джемаат всю мощь своей пропаганды. Заподозренные в сотрудничестве с «Хизметом» полицейские и чиновники понижались в должности и переводились на другие места. Несколько журналистов подверглись арестам.
Однако судить их было не за что — членство в джемаате не подтверждается никаким документами. Разгромив могущественную армию, с последователями Гюлена Эрдоган пока справиться не может.
Впрочем, на результатах местных выборов в марте ни коррупционные скандалы, ни известные столкновения народа с полицией в парке Гези в Стамбуле летом 2013 года не сказались. Партия набрала свои 43% (чуть больше, чем ранее), что говорит о сохранении верности большинства электората.
Однако на эти выборы оппозиция готовит сюрприз, который может сорвать планы ПСР на дальнейшее монопольное управление страной.
