Джохар Царнаев был приговорен к смерти днем в пятницу за его роль в террористической атаке в Бостоне.
Все знают фамилию Царнаев, но локальные журналисты вечно пропускают фамилии его жертв — Кристл Кэмпбелл, Лу Лин-дзы и Мартин Ричард. Они погибли от взрывов скороварок, которые, по версии следствия, установил Джохар и его старший брат Тамерлан.
Четвертого — офицера безопасности Шона Коллиера — застрелили в перестрелке. Еще 240 человек оказались ранеными.
В Америке вина Джохара никогда не подвергалась сомнению. В России — часто подвергалась. Но в местной медиасреде и 9/11 устроило ЦРУ, и на Луне американцы не высаживались, и Джохара тоже подставило ФБР — это важная часть общей автоидиотизации населения. Но сегодня это совсем неважно.
Важнее то, что судебная машина решила сделать с Джохаром.
Судья выслушал жертв и их родственников, а также людей, которые знали и любили Царнаева. На основе соревновательного процесса был составлен 24-страничный приговор. Если бы хоть один присяжный сказал нет, Царнаев остался бы в живых и был бы приговорен к пожизненному заключению в тюрьме.
Однако присяжные совещались четырнадцать с половиной часов и решили, что он умрет.
С 1976 года в США смертной казни были подвергнуты 1408 человек. Один из них только что был казнен в Техасе. В РФ последним казненным стал серийный убийца Головкин в 1996 году. С тех пор в России сначала ввели мораторий, а потом и решение о невозможности вынесения судами смертных приговоров — в 2009 году. Не так-то и давно, если подумать.
При этом опросы в штате Массачусетс показали, что за смертную казнь Царнаеву высказались только 20% населения, а 80% — против. При этом у тех, кто против, были различные причины: кто-то считал, что пожизненное заключение 20-летнему парню вполне достаточно; кто-то считал, что обстоятельства его преступления недостаточно прозрачно и явственно показаны следствием; кто-то считал, что, возможно, во всем больше виновен его брат; а кто-то просто решил, что судебной системе страны хватит убивать людей вообще. Более того, Бостон — это либеральный штат. Уже даже в Техасе в мае этого года законодательно решили, что фирмы — поставщики химикатов для казни людей будут скрыты от общественного внимания. Это значит, что даже они уже чувствуют некую неловкость в том, что так или иначе участвуют в казнях.
В стране, которая законодательно вопреки общественному мнению перестала убивать заключенных, — РФ — думается, расклад с опросом был бы совершенно противоположным. Это говорит о том, что редко, но все-таки бывает так, что политическое руководство может быть умнее и дальновиднее своих граждан.
Потому что блестящая машина правосудия на наших глазах собирается сделать большую ошибку. Она собирается легализовать лозунг «убивай за идею», а стало быть, «становись таким, как они». Они — это глобально обиженные на весь свет, прикрывающиеся высокими идеями, религией, убеждениями — имя им легион — от самопальных аматеров террора типа Царнаевых до армий ИГИЛ. И все они несут свои знамена, которыми и освящают нарушение заповеди «не убий», как бы она ни читалась что у Моисея, что у Мусы.
Сегодня иное время: у граждан нормальных стран нет особого пиетета перед государством, и если его монополия на насилие хотя еще и признается, то вот монополия на убийство — не очень. Не государство дает человеку жизнь, не ему и отбирать, если на то пошло. И не надо играть в Бога группе государственных управленцев.
Но даже если это соображение оставить в стороне, то смертная казнь Царнаеву переводит его в разряд «мучеников за веру». Если ты сидишь в американской тюрьме тупо и уныло, как какой-нибудь Чарли Мэнсон или Марк Чапман, год за годом, десятилетие за десятилетием, вряд ли ты можешь быть знаменем смертельной борьбы с чем-нибудь.
Это всё слишком тоскливо, чтобы быть образом в р-р-р-революционной или р-р-р-религиозной войне.
А казненный за Веру неверными — это же просто шикарно, это really cool, ждите фотографий на майках. Ждите новые селфи с отрубленными головами в священной войне против мирового крестоносного зла, которое отобрало у особо духовных право на айфоны, нефть, гаремы и джихад.
Вечно отстающие в гонке цивилизаций получили новую высокую ноту в своей заунывной пустынной песне.
