Прямая линия с Россией
Это не только прямая линия президента РФ Владимира Путина, но и возможность для каждого гражданина несколько часов видеть и слышать Россию.
Поэтому, может быть, даже не так важно услышать конкретные вопросы, отобранные из нескольких миллионов обращений, — они нам все известны. Все это проблемы, которые пронизывают нашу повседневную жизнь. Прямая линия — это и есть Россия: в глазах людей, в дыхании, в позах, даже в запинках и неуверенности спрашивающих. На несколько часов Россия превращается в народный театр и миллионы актеров.
Разумеется, такое мероприятие национального масштаба требует и режиссуры, и постановки, и непрофессиональных «актеров» из народа: по-иному абсолютно невозможно организовать и провести. В такие моменты мы все чувствуем себя единым целым. Это не просто посыл подавляющего «путинского большинства», но и простая реальность. Если в стране повышается средняя продолжительность жизни и рождаемость, это прежде всего результат того, что люди доверяют друг другу, стране, власти.
В ответ на вопрос «Зачем вы проводите прямые линии?» Владимир Путин сам ответил, что это мощный социологический опрос. Опрос в том смысле, что такое мероприятие дает возможность увидеть и услышать всю Россию. Здесь очень важен тон, который задает Владимир Путин, отвечая на вопросы, беседуя с российскими гражданами. Нет ни тени ненужной риторики, погружения в неуместную патетику, лозунгов и плакатного стиля. Каждый вопрос — о проблемах ЖКХ, жилье, пенсии, медицине, здравоохранении, развитии собственного сельскохозяйственного производства, малого бизнеса, ипотеки — становится предметом спокойного обсуждения. Обсуждения не просто проблем, а способов, государственных механизмов их решения на всех уровнях от Москвы до регионов.
Владимир Путин спокоен, собран, деловит. Даже привычные для его публичных выступлений шутки и анекдоты исчезли. Это — настрой на спокойную работу, как бы тяжела она ни была, сколько бы времени ни потребовалось на ее выполнение. Нравится кому-то или нет, но надо работать. Других рецептов нет.
То, что, как обычным людям кажется порой, можно решать махом да еще по справедливости, оказывается непростым многоплановым механизмом государственного решения. «Спасите валютную ипотеку!». Да, будут принимать меры, но это совсем не значит, что можно стукнуть кулаком по столу и прикрикнуть на банки. Есть и другие люди, которые брали рублевую ипотеку, теперь оказавшиеся в непростой жизненной ситуации. Что делать? Это не имеет ничего общего с нелепыми аналогиями с обращением «холопов» к «царю-батюшке». Это предложение президента РФ самим предварительно оценивать риски и брать на себя ответственность за свои решения.
Похоже, не осталось никаких острых тем, которые так или иначе не прозвучали бы в ходе прямой линии. Это всё то, на чем пытаются спекулировать критики и недоброжелатели России. Но вместо жонглирования идеологемами и призывами критики услышали то, что не хотели бы услышать: мы не идем к пропасти, апокалипсис не для нас, а конструктивной работой, анализом ситуации стоит тщательно заниматься всем, прежде чем пускаться «во все тяжкие» в борьбе с режимом. Государство Россия — это не дискуссионный клуб и не прогулки по площадям и проспектам.
Даже пресловутая десталинизация, которой грезят горячие борцы за правду, не осталась без внимания. И, конечно, возможное возрождение СССР–2.0. Уродство сталинизма? Да, безусловно, подчеркивает президент. Сталинская эпоха? Это не метод развития огромной многонациональной страны. Нынешняя ненависть к России со стороны европейских стран? Да, отвечает Владимир Путин, а чего мы должны ожидать, если, освободив Европу от нацизма, мы, СССР, пытались навязать другим народам и культурам свою модель развития, подразумевая бывший социалистический лагерь Европы? Вот, как говорится, и пожинаем плоды.
То же относится в полной мере и к Соединенным Штатам, к их иступленному мессианству, попыткам перекраивать весь мир по собственным лекалам. Не было ни одного внешнеполитического вопроса, в ответе на который Владимир Путин так или иначе не упоминал Америку: и позиция по Ирану, и ИГИЛ, и Сирия, и несамостоятельная политика государств — членов НАТО, даже вассальное положение Европы перед США. Это тема отдельная, серьезная и глубокая. Но на вопрос о врагах России президент заявил, что врагов у нас нет и страна открыта любому конструктивному сотрудничеству.
Представители оппозиции или острые критики власти — Алексей Венедиктов и Константин Ремчуков — тоже были спокойны, сдержанны и деловиты. По-другому, пожалуй, было бы совершенно нелепо себя вести. Дело не в робости или «построенности». Мне показалось, что они сами прониклись атмосферой и тоном, который задал Владимир Путин. В конце концов, однобокая экономика с перекосом в сторону нефтегазового сектора и оборонки сложилась не за один год и не сейчас, признает президент РФ. Перестроить ее очень и очень непросто. Мы поступили оптимально, ответил Владимир Путин по поводу санкций и российского ответа. Нужно не надувать губы от обид, а использовать новые возможности. Оптимально использовать, невзирая на все минусы и плюсы нашей действительности. Оптимально — лаконично, спокойно, по-деловому. Не размахивать ядерным арсеналом и угрозами, а думать и работать.
Конечно, прямая линия президента РФ — это искусство. Это постановка в хорошем смысле слова. Но важно то, что человек выносит с собой, когда постановка подошла к концу. Важен тот настрой, который остается не только у граждан России, но и у граждан мира. Ведь это событие было главным для очень многих людей и в Европе, и в США, и в Азии.
Россия спокойно живет, говорит о планах на будущее, развивается и ни капли не сожалеет о выбранном пути — суверенитет, равноправие с другими государствами. Это и есть тот «особый путь», который наконец найден не в головах интеллектуалов, а в самой реальности, в настрое и воле самостоятельно решать свою судьбу.
