Шарль Азнавур учит артистов жить
«Громким шепотом» — так назвал свою автобиографию, впервые вышедшую на русском языке, 90-летний шансонье Шарль Азнавур. На 270 страницах артист повествует о ключевых моментах своего прошлого, курьезах и драматических событиях, но больше делится с читателем личными переживаниями и эмоциями.
Зрителям и поклонникам адресована лишь малая часть воспоминаний. В остальном книга по мере приближения к концу становится всё более похоже на советы начинающим артистам.
Азнавур долго и подробно останавливается на всех неприятностях, которые поджидают восходящих звезд: злые критики, завистливые коллеги, желтая пресса, крах личной жизни, подхалимы вместо друзей. Неоднократно он говорит о необходимости учиться — в любом возрасте, каждый день, но лучше все-таки в молодости. С обидой вспоминает о французской премии, номинацию на которую ждал 20 лет. Получив ее наконец, Азнавур решил не приходить на вручение статуэтки.
Установить какую-либо последовательность событий в жизни шансонье или прояснить детали культурной истории с помощью этой книги не удастся. «К сожалению, хронология изложения фактов нарушена, однако я попытаюсь выстроить воспоминания по порядку: с рождения до настоящего времени. Боже мой! Сколько забытых случаев из жизни приходит на ум после того, как мысленно пройдешься по лабиринтам памяти», — предупреждает Азнавур.
Вот и книга получилась — сплошной лабиринт. Певец рассказывает о том, как не получил даже начального образования, как отец ушел на фронт, и прямо тут же наставляет артиста, как тот должен обращаться со зрителем.
В этих размышлениях и поучениях, порой весьма дотошных, постепенно начинает сквозить линия, которую певец вряд ли программировал, — история непрощенных обид и комплексов. Артист неоднократно говорит о собственной дремучести, скромности, заниженной самооценке, негативных отзывах прессы и предательствах друзей. С каждым словом в беспристрастность этих заявлений верится всё меньше, а сквозь восторженные реплики всё больше просвечивает глубокое разочарование.
И однажды автор признаётся: он — человек, который никогда не был по-настоящему молодым, а сейчас, когда ему без десяти лет сто, не чувствует себя стариком и старается не задавать себе лишних вопросов. Всё время жизни Азнавура была зима. Сейчас же, как говорит артист, — осень. Несмотря на славу, почет и активную концертную жизнь, мемуары Азнавура оставляют горькое, пусть и приторное послевкусие. И сам артист, кажется, это понимает.
«Мне бы очень хотелось выгадать себе несколько вёсен, пожить в это время года, которое я, если можно так выразиться, так и не узнал, потому что был слишком занят устройством обстановки, вместо того чтобы строить свою жизнь. Мне бы хотелось просто жить, видеть, слушать пение птиц и цикад, общаться как можно больше с теми друзьями, которые пока еще остаются со мной, наслаждаться природой, играть со своей собакой, заново узнавать, что значит быть молодым, становясь дедушкой, и продолжать учиться дальше, но на этот раз узнавать совершенно бесполезные вещи... А еще посадить дерево, тысячу деревьев... И мечтать о том, что еще буду здесь, когда им будет столько же лет, сколько мне сейчас».
Урок Азнавура будущим поколениям оказывается двойственным. Говоря о тяготах артистической жизни и раздавая советы, певец вроде бы хочет как лучше — обезопасить продолжателей его дела от ошибок. Но получается наоборот: крайне пессимистично обрисовывая концертную жизнь, Азнавур становится похож на того, кто упорно избавляется от конкурентов.
