К мигрантам за решеткой найдут особый подход

В Академии ФСИН разработают специальные рекомендации по психологическому сопровождению мигрантов, отбывающих наказание в российских колониях и тюрьмах. Поводом для появления новых методичек послужила тенденция к увеличению численности осужденных иностранцев. Так, если в 2013 году в учреждениях ФСИН отбывали наказание 26,6 тыс. иностранных граждан, то в 2014-м их количество увеличилось до 28,5 тыс. При этом 95% из них не идут на контакты с администрацией, а каждый третий является злостным нарушителем режима.

Как рассказали «Известиям» во ФСИН России, в 2014 году в российских исправительных учреждениях содержались 28 496 иностранных граждан.

— Из них только 384 осужденных иностранцев так называемого дальнего зарубежья, остальные — выходцы из стран СНГ, — пояснили в пресс-бюро ведомства.

Среди осужденных иностранцев, отбывающих наказание в российских колониях, первое место занимают граждане Таджикистана. На сегодняшний день за решеткой содержится 7786 выходцев из этой страны. Вторую позицию держит Узбекистан — 6746, на третьем месте Украина — 2964, а замыкает «группу лидеров» Азербайджан — 2846 человек.

— От общего числа заключенных мигранты составляют чуть более 5%, — рассказывают во ФСИН. — Но так как большинство иностранцев совершают преступления в Москве и близлежащих областях, то и наказание они отбывают в колониях, расположенных в Центральной России. 

Согласно УИС, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены.

По словам собеседника, распределяются мигранты по колониям неравномерно. В некоторых их единицы, а в других иностранцы составляют до половины от числа осужденных. Например, в одной из колоний Рязанской области на сегодняшний день из 1,2 тыс. заключенных 500 являются гражданами стран СНГ.

— За последние 10 лет из-за роста числа осужденных мигрантов в колониях начинают появляться землячества по национальному и религиозному признаку, — рассказывает «Известиям» создатель правозащитной сети Gulagu.net Владимир Осечкин. — В этих группировках есть свои ярко выраженные лидеры, которые устанавливают свои порядки. Как правило, эти землячества живут по своим законам, игнорируя как воровские традиции, так и требования администрации.

Это же подтверждают и исследования, проведенные сотрудниками рязанской Академии ФСИН, которые составили социально-психологический потрет мигранта, отбывающего наказание в российских колониях.

— Мигранты, сбиваясь в группы по национальному признаку, начинают выделять себя из общей массы осужденных, подчеркивая свое превосходство над ними, — рассказывает один из авторов исследования — полковник ФСИН Николай Полянин.

По его словам, для этих групп характерно вызывающее поведение по отношению к остальным осужденным. 91,3% заключенных иностранцев проявляют несдержанность и неспособность идти на компромисс даже в неконфликтной ситуации.

В исследовании отмечается, что 95,5% мигрантов не поддерживают контактов с администрацией учреждения и чаще других арестантов нарушают режим и получают взыскания. 32,7% осужденных граждан из стран СНГ являются злостными нарушителями режима. Поощрения же, согласно исследованию, получают только 20%.  

Между тем, как отмечает Полянин, 90% мигрантов, отбывающих наказание, — это люди трудоспособного возраста, 11,8% до осуждения имели трудовой стаж 2 года , 26,8% — до 10 лет, 43,2% имеют 15-летний трудовой стаж и выше.

При этом большинство иностранцев, отбывающих наказание, как правило, занимались предпринимательской деятельностью. Да и попавших за решетку мигрантов никак нельзя называть необразованными. По данным психологов Академии ФСИН, начальное образование имеют 6,7% осужденных мигрантов, неполное среднее — 20,8%, среднее — 53,9%, высшее — 18,4%.

При этом, как выяснили ученые, 69,2% осужденных иностранцев не имеют семьи.

— Из-за этого большинство заключенных мигрантов утрачивают «связи» с волей, — говорит Полянин. — Они лишены возможности получения свиданий, посылок и писем.

Треть из осужденных мигрантов, по данным ФСИН, отбывает наказание за преступления, связанные с распространением наркотиков. Ученые отмечают, что в некоторых республиках, откуда родом эти заключенные, не осуждается продажа наркотиков, в особенности «неверным». 

Между тем в ходе своих исследований ученые ФСИН предлагали осужденным мигрантам пройти цветовой тест Люшера, с помощью которого анализируются индивидуальные психологические особенности человека.

Как отмечает Полянин, в отличие от осужденных россиян, которые оказывались склонными к компромиссам, мигранты показывали себя более целеустремленными, не желающими меняться и приспосабливаться к новым реалиям. 

— Скорее, наоборот, у них есть стремление изменить окружающую среду под себя, — поясняет Полянин. 

По его мнению, всё это указывает на то, что к мигрантам за решеткой необходимо искать особый психологический подход, который способствовал бы их адаптации и социализации в колонии, а также помогал профилактике правонарушений в этой категории осужденных.

Правозащитник Валерий Борщов считает, что ни в коем случае нельзя допускать ситуации, когда в колонии одна группа осужденных, объединенная по национальному или религиозному принципу, начинает доминировать над остальными заключенными. 

— Администрация просто обязана не допускать появления таких групп, — говорит Борщов. — Поэтому в первую очередь мигрантов не должны содержать массово в каком-то одном учреждении. Их надо разъединять и развозить по разным колониям. 

При этом, по словам Борщова, сейчас представители национальных диаспор пытаются в регионах войти в составы общественных наблюдательных комиссий.

— На самом деле такой подход может только укрепить позиции национальных групп в колонии, что может привести к конфликтам и дестабилизации обстановки в учреждении, — говорит правозащитник. 

Доктор юридических наук, профессор Вячеслав Селиверстов говорит, что раньше иностранные граждане должны были «сидеть» отдельно от россиян, а сейчас они  содержатся на общих основаниях, из-за чего возникают языковые проблемы при общении как с администрацией, так и с другими заключенными. 

— Многие мигранты плохо владеют русским языком, а некоторые вообще его не знают, — рассказывает Селиверстов. — Хотя у нас в законе записано, что осужденные такой категории могут писать жалобы и обращения на родном языке и, соответственно, на этом же языке получать на них ответы. Однако в реальности в условиях сокращения персонала и экономии бюджетных средств ФСИН не в состоянии обеспечить выполнения этих требований. Переводчиков в колониях нет.

В итоге, по словам Селиверстова, из-за отсутствия нормальной коммуникации очень часто возникает недопонимание между заключенными и администрацией, которое ведет к конфликтным ситуациям.

— Например, в колониях на Дальнем Востоке содержатся китайцы, и китайские дипломаты уже не раз обращались к руководству УФСИН с просьбой обеспечить своих сограждан переводчиком, — говорит профессор. — Потому что из-за языкового барьера они не могут выполнять все требования администрации. 

Член рабочей группы Минюста РФ, официальный представитель РФ в комитете Совета Европы по предупреждению пыток Наталья Хуторская говорит, что в Европе мигрантов, отбывающих наказание, обязывают учить язык той страны, в которой они находятся.

— В Норвегии заключенным даже платят деньги за языковые курсы, — поясняет Хуторская. — При этом в западных странах осужденные разделены на малочисленные группы, с которыми работают психологи.

По словам Хуторской, если ФСИН начнет обеспечивать психологическое сопровождение мигрантов в колониях, то это можно будет только приветствовать.