Во вторник на этой неделе в Вене международная шестерка посредников (постоянные члены Совбеза ООН плюс Германия) приступила к очередному раунду переговоров с Ираном по его ядерной программе. А в среду госсекретарь Джон Керри и его иранский визави провели переговоры с глазу на глаз.
Времени для достижения компромисса не так уж много. Промежуточное соглашение между Ираном и «шестеркой», достигнутое 24 ноября 2013 года, рассчитано ровно на год, так что предстоящее воскресенье ― последний день, когда можно достичь сделки.
Западные переговорщики во главе с США стремятся максимально ограничить как степень обогащения урана на территории Ирана, так и количество центрифуг, используемых для этого, ― всё для того, чтобы Исламская Республика не смогла заполучить ядерное оружие. Впрочем, за сохранение режима нераспространения выступают также Россия и Китай, однако и Москва, и Пекин считают давление на иранскую сторону чрезмерным.
По техническим вопросам стороны постепенно идут навстречу друг другу, но десятилетия взаимного недоверия по-прежнему мешают им окончательно договориться.
С точки зрения любой западной столицы ядерные притязания Тегерана кажутся странными, если не сказать опасными. Культурно чуждая страна, которая даже гипотетически может создать атомный боеприпас, вызывает страх и отторжение. Европейцы и американцы искренне недоумевают, зачем «какому-то Ирану» всё это? Чай не Франция...
С точки зрения же Ирана ситуация выглядит совершенно иначе. Несмотря на десятилетия санкций, эта страна обладает 21-й по объему ВВП экономикой и 10% подтвержденных мировых запасов нефти и газа. Образование в стране — лучшее в регионе, наукоемкие производства и телекоммуникации развиваются семимильными шагами. И при этом Иран остается фактически отрезанным от мира.
Иранцы считают себя не только наследниками великих персов, но и носителями альтернативной демократии, и им кажется по меньшей мере странным, что у Пакистана и Израиля есть ядерное оружие, а им запрещено иметь даже мирный атом.
Более того, ни для кого не секрет, что ядерные амбиции есть и у Саудовской Аравии, руководители которой — шейхи — практически полностью профинансировали создание ядерного оружия Пакистана. А ведь это даже не конституционная монархия, а абсолютистский режим, да еще откровенно притесняющий женщин. И это друг США в регионе! Да что ж это такое-то?! ― воскликнет любой иранец.
При этом «разрядка» с Ираном рассматривается в США чуть ли не как главное возможное наследие Барака Обамы в международной политике, а президент Ирана Хасан Роухани в своей предвыборной программе прямо обещал иранцам долгожданное избавление от экономической изоляции.
Обоим лидерам в равной степени будет невыгоден как откат к позициям до ноября 2013 года, так и заключение соглашения на невыгодных условиях. Обама испытывает сильное давление ястребов в конгрессе, а также Израиля, который два года назад угрожал разрушить ядерные объекты Ирана, если этого не сделают США. Роухани же с трудом сдерживает в своей стране сторонников жесткой линии. Так, прямо накануне встречи в Вене парламент Ирана в четвертый раз отклонил предложенную президентом кандидатуру на пост министра высшего образования из-за опасения слишком либеральных преобразований в университетах страны. Что уж говорить о переговорах фактически с главным врагом и вчерашним «большим сатаной»!
Однако отвлечемся от чаяний элит двух стран и попытаемся понять, какие политические дивиденды может получить Москва при разных исходах переговоров в Австрии.
Варианта три: провал переговоров и по крайней мере временный разрыв контактов, успех «иранской разрядки» и продолжение непростых переговоров с сохранением нынешнего режима послабления санкций.
В случае полного провала больше всего теряют, на мой взгляд, Соединенные Штаты, особенно если Ираном в ходе переговоров будут при свидетелях сделаны значительные шаги навстречу Западу. В этом случае велик риск явочного прорыва торговой блокады Ирана со стороны не только Китая и России, но и, например, Индии, которая в октябре значительно увеличила импорт нефти из Исламской Республики. Такой прорыв будет тем неприятнее для США, чем больше «отступники» будут избегать использования доллара в расчетах. Китай и Индия уже давно торгуют с Ираном в юанях и рупиях, обходя американские банковские барьеры.
Однако это будет означать еще бóльшую напряженность в регионе, да и во всем мире. А Россию почти наверняка обвинят в том, что она оказалась совершенно бесполезной (возможно, и контрпродуктивной) в решении важной проблемы.
Полный же успех переговоров прямо сейчас будет означать, что Барак Обама получит свои лавры, Иран ― мощный толчок в экономическом развитии, а Россия ― в лучшем случае пару-тройку контрактов на поставку вооружений для Тегерана. Разумеется, продукция иранской пищевой и фармакологической промышленностей сейчас придется весьма ко двору, но основные «сливки» соберут США и Китай. При этом вряд ли стоит ожидать, что Запад хотя бы «спасибо» скажет России за участие в процессе.
Надолго ли сохранится благодарное отношение Тегерана ― тоже, кстати, большой вопрос.
А вот «продолжение банкета», на мой взгляд, оставляет Россию в самом выгодном положении. Я ни секунды не верю в конспирологическую версию, согласно которой «мы отдаем Штатам Иран», а «они отдают нам как минимум Крым». Во всяком случае, такие размены никогда не проходят пакетно ― решение одного вопроса лишь слегка облегчает обсуждение другого. Примерно то же можно сказать о «сговоре» Вашингтона и Тегерана «ИГИЛ в обмен на санкции» ― реализовать такой «размен» на практике крайне сложно.
В том подвешенном состоянии, в котором находятся переговаривающиеся стороны, ничто не мешает России (хотя бы силами попавших под санкции банков и компаний) развивать сотрудничество с Ираном, расширяя действие рубля на еще один регион.
И когда с нами будут вести переговоры по урегулированию украинского кризиса (а их будут вести ― деваться некуда), наше продолжающееся участие в иранском переговорном процессе будет пусть и небольшим, но всё же важным позитивным фактором. Кроме того, нам есть смысл поучиться у Ирана экономическому обустройству в условиях западных санкций.
Пусть это выглядит циничным, но такова политика и таковы реальные интересы страны.
Пока удача на нашей стороне. Пролонгация статус-кво считается всеми международными экспертами наиболее вероятным результатом венских переговоров.
