«Гала-концерты развращают слушателей» | Статьи

30 октября в рамках открытого фестиваля искусств «Черешневый лес» Максим Венгеров выступил с сольной программой в Большом зале консерватории. Концерт, включающий скрипичные сонаты Элгара, Прокофьева, а также миниатюры композиторов XIX–XX веков из разных стран, был приурочен к 40-летию музыканта. После выступления один из самых востребованных скрипачей мира ответил на вопросы корреспондента «Известий».

— В 2004 году у вас был концерт к 30-летию «Путешествие музыканта» тоже в Большом зале консерватории. Кому пришла идея совершить похожее путешествие 10 лет спустя?

— Это моя идея. Но программа на этот раз практически полностью другая. Во втором отделении я представил публике произведения, которые были написаны гениальными скрипачами — Крейслером, Венявским, Изаи. Эти композиторы отдавали себе отчет в том, что они ни в коей мере не могут составить конкуренцию своим великим современникам — Франку, Чайковскому, Брамсу, Дебюсси, Равелю, Шостаковичу. Но в то же время они понимали: никто не напишет лучше для скрипки, чем они сами. Это имело огромный исторический смысл.

Публика во всем мире недооценивает этот репертуар: пьесы Крейслера и Изаи называют несерьезными, легкой классикой. Я так не считаю. У них был очень разный стиль игры, что нашло отражение в их сочинениях. Интересно исполнять подряд сочинения в разных стилях.

— 10 лет назад вы играли на другом инструменте?

— На этом же — скрипка «Крейцер» Страдивари. Я с этим инструментом с 1998 года. У меня есть еще один, неизвестного мастера, на котором я занимаюсь дома.

— Вы представили программу в тандеме со знаменитым пианистом Итамаром Голаном. Давно играете вместе?

— Первый раз я выступил в Итамаром, когда мне было 17 лет, а ему — 21: мы были еще детьми! Тогда в течение 4 лет мы сотрудничали, но потом наши пути разошлись лет на 14. Сейчас регулярно выступаем с сольными концертами по всему миру. Он очень талантливый пианист, музыкант и чуткий партнер. С ним приятно работать. Немаловажно и то, что мы знакомы с юности.

— Вы нечасто выступаете на сцене Большого зала консерватории. Эта площадка имеет для вас какое-то особое значение?

— Конечно. В этом зале такие традиции! Там проходили многочисленные премьеры гениальных композиторов: Шостаковича, Прокофьева, Хачатуряна и других. В Большом зале существует определенная аура, и это чувствуется. Там уникальнейшая акустика. Думаю, он входит в пятерку лучших залов мира.

— Вам приходилось играть в Большом зале и до его реставрации, и после. На ваш взгляд, удалось ли сохранить акустику?

— Не знаю, как в зале, но на сцене по-прежнему прекрасные ощущения.

— Запись вашего выступления в 2004 году с программой «Путешествие музыканта» легла в основу фильма британского телевидения Living the Dream, получившего многочисленные международные награды. Вы его смотрели?

— Да. Думаю, с тех пор я изменился. Например, я полностью пересмотрел манеру игры. 10 лет назад я довольно активно двигался, очень много энергии уходило на ветер — видимо, был молодым, горячим. Сейчас у меня более экономная игра: использую максимально ресурсы инструмента, кинетическое воздействие на скрипку. Уверен, что физика должна присутствовать у скрипача ровно настолько, насколько инструмент этого требует.

Звук за это время тоже изменился, да и взгляд на музыку — благодаря тому что я начал дирижировать. Теперь лучше понимаю взаимодействие дирижера, солиста и оркестра.

— Анализируете записи своих выступлений?

— Очень часто. Это процесс, необходимый для музыканта и ведущий вперед. Без него не будет художественного и технического роста: исполнитель должен думать и анализировать. Даже если есть всего полдня между концертами, всё равно стараюсь переосмыслить и переварить предыдущее выступление: я ведь каждый раз что-то изменяю в своей игре. Запись — зеркало музыканта. И, мне кажется, исполнителей, не переслушивающих свои выступления, можно сравнить с девушкой, которая наносит макияж без зеркала (смеется).

— К вопросу о путешествиях музыканта: часто совершаете поездки в свободное от гастролей время?

— К сожалению, концертов сейчас так много, что мне не удается путешествовать. Но иногда выезжаем с супругой в Санкт-Петербург: там у нее живут родители.

— В предыдущем интервью вы рассказали «Известиям», что собираетесь в августе отметить 40-летие сольным концертом на берегу озера в Швейцарии. Концерт состоялся?

— Он длился три часа и прошел очень удачно, приехали многие мои близкие друзья. Программа была похожа на ту, что я сыграл сейчас в Москве, но расширенная. В концерте принял участие коллектив Академии Менухина, в которой я являюсь профессором: они присоединились на последние полчаса.

— Не было ли у вас желания организовать гала-концерт, пригласив разных исполнителей?

— Я не принимаю жанр сборных концертов. Слушателям они интересны, но это их развращает: ухудшается восприятие, концентрация уходит. Публика начинает думать, что ходить только на сольный концерт — скучно: можно ведь за один вечер послушать и трио, и оркестр, и квартет. Когда всё смешивается, нарушаются традиции. Я с этим не согласен, поэтому отказываюсь от подобных концертов.

— Когда ждать вашего следующего выступления в России в качестве скрипача или дирижера?

— В апреле 2015 года будет концерт в Санкт-Петербурге. Буду играть первую версию скрипичного концерта Сибелиуса — сейчас наследники разрешили ее играть. Во втором отделении продирижирую «Фантастической» симфонией Берлиоза.