Всё смешалось в доме Обамы.
Осенью прошлого года американский президент очень хотел бомбить Сирию и даже получил на это разрешение конгресса. Сирию предполагалось разделать под орех, чтобы свалить якобы ужасный режим Асада, якобы применяющий химическое оружие, и привести к власти разношерстное шапито сирийских повстанцев.
В то время войны удалось избежать благодаря усилиям российских дипломатов. И вот через год мы видим картину маслом: США все-таки бомбят Сирию, но на этот раз с совершенно иной целью: чтобы покарать «Исламское государство» (ИГ) — наиболее оборзевшую часть той силы, которую в прошлом году американцы так жаждали ввести в Дамаск.
Заказывали американские «томагавки»? Получите и распишитесь.
Таким образом, режим Асада не только оставлен в покое, но и получил весомую косвенную поддержку от своего могущественного врага, так что протесты из Дамаска звучат сегодня, скорее всего, чисто для порядка.
Другое дело, что сейчас ни Обама, ни кто-либо еще в Вашингтоне, вероятно, не сможет дать внятного ответа на вопрос о том, зачем вообще нужно было бороться за свержение тихого лондонского офтальмолога Башара Асада. Он не мешал ни самим США, ни их европейским союзникам, ни даже Израилю.
Наверное, это происходило от нечего делать. Чесались руки у сверхдержавы, вот и решили романтики-демократы поиграть в перманентную «арабскую весну», да так и заигрались.
Мотивы нынешней воздушной атаки все-таки выглядят посолиднее. Успехи исламистов в Ираке все еще угрожают американским друзьям в Багдаде. Показательная казнь двух американцев и одного британца была наглой пощечиной, на которую трудно не ответить, если есть чем ответить.
Наконец, ИГ — это, между нами говоря, просто сукины дети, которые не несут региону ничего хорошего, а несут только варварство, работорговлю, женское обрезание и всеобщую паранджу. Другое дело, что еще относительно недавно это были свои сукины дети для США, а теперь они вдруг стали чужими.
Удар по Сирии создает на Ближнем Востоке новую ситуацию.
Во-первых, по территории суверенного государства лупят «томагавками» без согласия правительства этого государства и без санкции ООН, то есть непонятно, при каких делах тут оказывается международное право.
Во-вторых, США вступают в войну не единолично, а во главе довольно специфической коалиции, состоящей на этот раз не из союзников по НАТО, а из суннитских стран региона — Саудовской Аравии, Иордании, Бахрейна, Катара и ОАЭ. Причем участие младших партнеров в этом кооперативе не ограничивается моральной или снабженческой поддержкой; вооруженные силы всех или по крайней мере большинства этих стран физически участвуют в боевых действиях.
К списку воюющих государств следует добавить и саму Сирию, в которой продолжается гражданская распря, и Ирак, который воюет с ИГ на суше и по формальной просьбе которого наносятся авиаудары, и Иран, благодаря военной помощи которого боевики ИГ до сих пор не взяли Багдад.
Не стоит забывать и еще одну самостоятельную сторону конфликта — иракский Курдистан, который вряд ли в будущем останется в составе Ирака. Курдские отряды «пешмерга» («идущие на смерть») держат свой фронт против исламистов, а там, где дело касается курдов, непременно торчат чуткие турецкие уши.
Наконец, не остался в стороне и Ливан, часть которого наряду с отдельными районами Сирии и Ирака находится под контролем ИГ.
В общем, один только Израиль на этот раз отдыхает после очередной схватки с палестинцами, весь же остальной Ближний Восток сгрудился на поле битвы, заставляя вспомнить библейскую историю про Армагеддон.
Назревает не просто крупная, а тотальная региональная война, в которой теперь возможны самые крутые повороты, под стать виражу, выполненному американской внешней политикой в течение прошедшего года. Какие шары столкнутся на этом поле и в какие лузы они покатятся — об этом вряд ли смогут судить вашингтонские аналитики, так обидно прошляпившие рождение ИГ из сирийской смуты.
США в этой заварухе начинают напоминать фигуру полуанекдотическую — что-то вроде массовика-затейника, пляжного аниматора на египетском курорте, неутомимо вовлекающего туристов в малоосмысленные подвижные игры на свежем воздухе. Только результат этих игр выходит уж больно плачевным: сотни тысяч беженцев, десятки тысяч трупов, которых бы не было, если бы сверхдержава хоть на несколько лет забыла о своей глобальной миссии по продвижению свободы и демократии.
На кону нынешней игры стоит, помимо прочего, статус государственных границ. Обама говорит: «Это важнейший принцип моего президентства: если вы угрожаете Америке, вы не найдете безопасного убежища». Министр обороны Чак Хейгел идет дальше: «Нашим действиям не воспрепятствует граница, существующая лишь номинально».
При этом Ирак уже фактически разделен на шиитскую, суннитскую и курдскую зоны. Сирия также разделена. Более того, сам замысел «Исламского государства» — именно «государства» (халифата), а не очередной «армии» или «джамаата» — говорит о стремлении рассечь существующие границы и построить нечто совершенно новое на обломках нынешних государств.
И тут приходят американцы и тоже заявляют, что границы в регионе — понятие эфемерное и малозначительное. А раз так, то и пересмотр этих границ, видимо, не будет большим грехом. Лидеры региона наверняка усвоят этот урок.
США вообще удивительная страна, которая хочет быть примером для всего человечества, но не хочет, чтобы другие страны вели себя по ее примеру.
Американские томагавки летят по миру, не ведая границ, а российско-украинская граница в районе Луганска, также чисто номинальная, должна быть непреодолимым препятствием для российских гуманитарных конвоев.
США готовы мстить всей своей мощью за казнь нескольких человек на другом конце мира, а Россия должна молча терпеть убийства русских людей в соседней стране.
Наконец, США уже устроили один передел границ в Европе (Косово) и готовы к очередному переделу в Леванте, в то время как Россию пытаются убедить в святости рубежей между бывшими советскими республиками.
Учиться у Америки, говорите?
Да мы бы рады учиться, мы пытаемся, только вот Америка не дает.
