Первое, на что обращаешь внимание, приехав в Севастополь, — это обилие политической агитации. Она настигает тебя повсюду: в транспорте и на улицах, с экранов телевидения и страниц газет, с наружной рекламы и даже уличных стен. Когда же визуальная вакханалия партий и лозунгов становится невыносимой и закрываешь глаза, чтобы передохнуть, тебя прессует массированная аудиальная атака.
За последние месяцы я был в центральной полосе России и на Дальнем Востоке. Нигде там я не видел столь масштабной, столь навязчивой предвыборной агитации. Да, были плакаты, напоминания, мол, 14 сентября надо голосовать и как голосовать, но чтобы вот так, нагло, бесцеремонно, массово, точно свидетели Иеговы энергетиков напились и ринулись в пропагандистский бой, — этого я не встречал.
Потому для туриста, прибывшего в Севастополь, выглядит всё это странно, а подчас омерзительно; к тому же портит эстетичный вид города. Впрочем, приезжие из сообразительных тут же понимают, что раз такая активность, стало быть, есть за что бороться; недаром большая часть разговоров о Крыме сводится к тому, что «на полуостров сейчас идут серьезные деньги, а со временем будет еще больше». Люди знают, люди чувствуют, где клад зарыт.
Для местного населения, пережившего политическую (читай — криминальную) бойню 1990-х, «Украину без Кучмы», два майдана и еще десяток трагикомических действ, подобная массированная атака всё-таки непривычна и подобна психологическому насилию, создающему в итоге «эффект выгорания», когда, собственно, уже и голосовать не хочется. Так что не удивлюсь, если явка 14 сентября в городе-герое окажется невысокой.
Это ведь на референдум шли массово (реально 75–80%), а до этого — на выборах «слуг народных» в Верховную раду или очередного президента — набиралось в лучшем случае 45–50%. Крым всегда был политически пассивным регионом. Не уверен, что нынешние агитаторы помнят, знают об этом.
При всей разнице политических программ украинских партий и президентов — хотя многие ли читали, изучали их? — голосовали в Крыму и Севастополе чаще всего по единственному принципу: эти за русских (язык, культуру, права), а эти против. «Русские идут» и «фашизм не пройдет» не в марте месяце появились, а дифференцировались, как минимум, на протяжении последних 15 лет. Оттого и привел Крым вместе с Донбассом к власти Виктора Януковича, а он вместо обещанного лоббирования прав русского населения и сближения с Россией затеял интеграцию в Евросоюз, невозможность которой и стала формальным поводом для евромайдана и, как следствие, причиной раскола всей страны.
Сейчас «русско-бандеровского», «европейско-патриотичного» факторов нет. Выбирать надо не по принципу «за него я точно не проголосую, значит, буду за этого», а в матрице конкретных лиц и программ.
Но главная беда предвыборной севастопольской кампании в том, что она представляет собой невнятицу, в коей проблематично, а подчас и невозможно различить составляющие. Меняется логотип партии, но общая картинка идентична и выглядит примерно так: на фоне российского триколора с патетическим выражением лица в высокопарной позе красуется кандидат, а рядом — слоган самого общего толка. Вроде «Справедливость для всех». Или «Достойные пенсии пенсионерам». Кто-то, правда, всё же учитывает местную специфику, и тогда появляется нечто более осмысленное: «Восстановить судоремонтный завод и верфи».
Между тем я хорошо помню украинскую предвыборную агитацию. О, это было истое пиршество грез! Яценюк, раскрашенный под цвета танка НАТО. Тимошенко, обнимающая тигренка — «ТигрЮЛЯ». Омолодившиеся коммунисты с забористыми четверостишиями под Маяковского. А Дарт Вейдер (уже из нового), разве он не прекрасен? Определенно, украинская агитация была веселее, креативнее.
Хотя, казалось бы, именно российские пиарщики, имиджмейкеры, политологи создавали репутацию партий и политиков в Украине. Глядя на крымскую ситуацию, есть ощущение, что все они либо на отдыхе, либо халтурят.
От предвыборных кампаний в Севастополе разит дешевизной и популизмом. Ощущение такое, будто их концепт лепили студенты-недоучки: и максимум, на который хватило фантазии создателям, — это разнообразить общий вид георгиевской ленточкой. Популистская же риторика, которой, наверное, пользовались еще в начале прошлого века, может повлиять разве что на олигофренов. И это, кстати, вопрос: или агитаторы решили получить большие деньги малыми усилиями, или они реально считают, что севастопольцы настолько глупы, ограниченны и ослеплены «восстановлением исторической справедливости», а потому готовы скушать, не подавившись, любую патриотическую банальность.
Впрочем, справедливости ради, потуги на оригинальность, контрастируя, создают еще более удручающий эффект. Вызывают либо досадную ухмылку, когда, например, читаешь расшифровку аббревиатуры партии — «Лучшие Друзья Президента России», рядом с которой сидит умилительный старикан, больше похожий на плюшевого медведика, чем на вождя, собиравшегося мыть ноги в Индийском океане, либо, наоборот, стращают горожан; так было с печально известными плакатами и бордами, на которых значилось: «Русская весна. Что дальше?» (ко всему прочему данная агитка была выполнена в цветах Приватбанка).
Позже севастопольцам объяснили: «Что дальше? — Смена власти». Но настроение уже было подпорчено.
Сильнее воинствующей бездарности, с коей осуществляется предвыборная агитация, изумляют разве что персоналии ее участников. Можно, конечно, говорить о криминальном прошлом, отсутствии какой-либо внушающей доверие репутации и не самых выдающихся управленческих, интеллектуальных, личных способностях кандидатов, но важнее то, что подавляющее большинство из них, из тех, кто так монументально смотрится на фоне российских флагов, заявляя что-нибудь в духе «возродим Крым — спасем Россию», точно так же славило Украину и ее президентов.
Именно эти кадры 23 года — независимо от курса доллара и степени теплоты российско-украинских отношений — методично разворовывали, уничтожали полуостров, занимаясь незаконной застройкой, захватом пляжей, вырубкой уникальных лесов, крышеванием бандитизма, разграблением флота и прочими черноморскими прелестями.
И не случайно на плакатах лбы этих деятелей украшают надписи «вор» или «предатель».
Бывая в телеэфирах, встречаясь там с нынешними крымскими, а когда-то украинскими депутатами, я вижу, что значок одних партий они просто заменили значком других; был, например, бютовец — стал родинец.
Или вот мое окно в севастопольский двор. На двойном борде — кандидаты с говорящими, как писал Чехов, фамилиями. Один был в Партии регионов, другой — в «Нашей Украине»; теперь оба они — в одной партии, с одними, стало быть, идеалами.
Цирк? Театр абсурда? Да, а еще — издевка над севастопольцами. Над теми людьми, которые выходили в конце февраля – начале марта на площадь Нахимова, блокировали административные здания, давая возможность работать временному правительству, а после шли голосовать на референдум в надежде, что вместе с Россией придет новая власть, новые люди, а значит, появятся и новые идеи, новые возможности, новые перспективы.
Оттого не случайно скандальное возвращение Алексея Чалого, «народного мэра Севастополя». Возможно, его заявление, что к власти в городе-герое «пришли люди, обладающие редким сочетанием некомпетентности и чванства», — лишь пиар-ход с целью завоевания бонусов у электората, а возможно, это поступок из серии «я обвиняю» и «не могу молчать».
Ведь раскол политических элит Севастополя страшен не тем, что у них есть противоречия относительно будущего города, а прежде всего шлейфом темного, нерешенного прошлого, куда ныне тянут обратно. Хотя, по совести, народных слуг, в свою очередь служащих то украинским, то российским слугам, давно надо бы отправить в утиль. И в данном контексте Крыму сегодня нужны не выборы, а конкретная чистка.
