Боевые действия на Донбассе ожесточаются, и все слышнее становится хор «диванных аналитиков»: «Путин, вводи войска». Российский президент не внемлет этому хору, и его можно понять, если держать в уме не отдельные трагические эпизоды боев, а картину фронта в целом.
Вспомним, что в Южной Осетии российская армия вмешалась лишь тогда, когда юго-осетинские силы начали оставлять Цхинвал. Ничего подобного на Донбассе пока не происходит.
Несмотря на кудрявые реляции киевских силовиков, их террористическая операция (давайте уж отбросим неуместную приставку «анти-») отчаянно буксует. Положение на фронте противоречиво. Например, в Красном Лимане каратели смогли потеснить ополченцев. В то же время силы ЛНР захватывают в день по военной части противника и очистили от пограничной охраны значительный отрезок границы.
Каждые сутки активных боев обходятся Киеву в один или два сбитых вертолета, повстанцы методично уничтожают украинскую бронетехнику.
Но если фронт держится, то положение гражданского населения с каждым днем становится всё хуже. Люди гибнут, люди страдают.
Из-за блокады в ряде городов не хватает продовольствия и лекарств. Артиллерия рушит жилые дома, снаряды попадают в больницы, детские сады, школы.
В Красном Лимане каратели, захватив больницу, расстреляли раненых, тяжело ранили единственного хирурга.
В районе Славянска поврежден водопровод, и наступившая жара грозит городу эпидемией. По разным данным, от 30 до 40% жителей покинули город.
Наконец, прекращают работу предприятия, и многие люди остаются просто без средств к существованию.
На кого надеяться обывателю?
Понятно, что на Украине спасения не найти. Украинцы абсолютно переродились. Там теперь хороший тон, даже среди образованных людей — глумиться над предсмертными судорогами «самок колорада», как будто речь идет о насекомых. Там теперь вещает по ТВ Савик Шустер: не будет населения — не будет и террористов.
Беженцы с востока нужны Украине или как заложники, или как статисты в пропагандистских спектаклях, наподобие разрекламированного Борисом Филатовым, подручным герцога Коломойского, заселения беженцев в дом, конфискованный у депутата Олега Царева.
Тщетна надежда и на «гуманный» Запад. Там уже всё решено: Донбасс должен встать на колени или умереть.
Где они, резвые попрыгунчики Эштон и Фюле? Как они нежно заботились в январе-феврале о страдальцах майдана, грубо побиваемых дубинками! Ни в Донецке, ни в Луганске этих господ не видно, как не видно и Виктории Нуланд с мешком печенья.
Зато министры обороны стран НАТО одобрили карательную операцию Киева, а «большая семерка» похвалила украинские власти за «сдержанность», под которой понимается применение авиации и артиллерии против мирного населения. Россия предложила провести через Совбез ООН чисто гуманитарную, неполитическую резолюцию, но западные представители только презрительно фыркнули в ответ.
Получается, что все вокруг хотят смерти Донбасса и только Россия желает, чтобы Донбасс жил. И если со вводом войск можно еще подождать, то с гуманитарной помощью Россия серьезно опаздывает.
На данный момент помощь оказывается, но полуконтрабандная и спорадическая. То Елизавета Глинка, «доктор Лиза», организует коридор для вывоза раненых, то Павел Астахов мечется в попытках вызволить из зоны боев российских детей. Активисты собирают медикаменты, а в Ростовской области сооружается палаточный лагерь для беженцев.
Этого недостаточно уже сейчас, но можно себе представить, во что обойдется нерасторопность российских властей при наихудшем сценарии.
Донбасс балансирует на грани гуманитарной катастрофы. Если случится еще одна атака авиации на мирный город, подобная луганскому налету, то население в панике побежит. Если Киев решится на применение «Градов» по жилым кварталам, то некому будет хоронить убитых и спасать раненых. Наконец, слухи о том, что в Киеве прорабатывают возможность применения биологического и химического оружия, могут в нынешнее безумное время оказаться вовсе не слухами. Все приготовления на этот случай должны быть сделаны уже сейчас.
Поэтому хватит контрабанды и партизанщины. Россия обязана немедленно начать гуманитарную «интервенцию» — гордо, открыто, под собственным флагом.
Во время войны с германским нацизмом наши предки смогли проложить по ладожскому льду «дорогу жизни». Теперь позарез нужна «дорога жизни» из Ростова в Славянск. Нужна продуманная, хорошо организованная система гуманитарных операций, за которую будет отвечать конкретный российский чиновник, гуманитарный «царь» Новороссии.
Через границу должен пойти достаточно убедительный поток гражданских грузов: караваны с лекарствами, продовольствием. Для вывоза раненых должны быть наготове санитарные вертолеты, у границ необходимо развернуть полевые госпитали.
Турчинов, досиживающий последние дни во главе хунты, грозится перекрыть российско-украинскую границу. Ему вторит наша большая подруга Ангела Меркель, как будто бы не понимая, что она фактически требует герметично закрыть дверь газовой камеры. Вот уж нет, господа. Если киевские власти решили превратить Донбасс в Афганистан, то Ростов должен стать Пешаваром.
Нет нужды выбирать между вводом войск и полной отстраненностью. Массированное гуманитарное наступление — оптимальный, срединный вариант действий для России, обеспечивающий «мягкий» вход в ситуацию.
Несмотря на всю жестоковыйность наших западных «партнеров», они вряд ли решатся на новые санкции против России из-за доставки хлеба, воды и антибиотиков осажденным. Если же гуманитарная миссия столкнется с сопротивлением карателей, то это будет легитимным поводом как для введения бесполетной зоны, так и для иных аккуратных силовых действий.
