Усадьба «Архангельское» разбавила джаз старинной музыкой
В «Архангельском» воплотили в жизнь идею, которая напрашивалась сама собой: превратить роскошную усадьбу в Мекку старинной музыки. 4 июня здесь открылся первый фестиваль «Шедевры барокко», который, по русской традиции, не родился и вырос постепенно, а сделан «сейчас и сразу»: афиша форума-новичка уже претендует на весьма высокий уровень.
Петь и играть в усадьбе Голицына приедут Берлинская академия старинной музыки, Юлия Лежнева и «Галантная Европа» во главе с Фабио Бьонди. Лицом и номинальным художественным руководителем фестиваля стал один из главных адептов аутентичного исполнительства в Москве Александр Рудин (он сказал «Известиям», что составлением программ не занимался), а ансамблем-резидентом — Musica viva.
Директор музея в «Архангельском» Андрей Бусыгин еще весной прошлого года рассказывал о страстном желании превратить заповедник, до сих пор известный фестивалем «Усадьба Jazz», в цитадель классической музыки. Тогда речь шла о монографическом фестивале в честь Чайковского.
— Видимо, эта идея как-то трансформировалась в идею фестиваля барочной музыки, — объяснил глава музея сейчас, ссылаясь на решение правительства Московской области. — Приглашением солистов и коллективов занимались подмосковные власти. Пока не знаю, будет ли фестиваль ежегодным, но мы рады, что сейчас избрана именно наша площадка.
— Звучание старинной музыки в одной из самых известных дворянских усадеб Подмосковья возвращает нас в прекрасные времена, когда создавались эти произведения, — рассуждает министр культуры Московской области Олег Рожнов. — Антураж дворцово-паркового ансамбля усадьбы «Архангельское» только усилит это впечатление.
В музее-заповеднике готовы целых пять концертных площадок, пригодных для вкушения музыкальных удовольствий: Овальный и Екатерининский залы Большого дворца, «Колоннада», театр Гонзага и сцена open air на парадном дворе. «Шедевры барокко» заняли только Овальный зал — пышный и одновременно уютный, едва вмещающий 200 человек. Публика рассажена по всему периметру, причем обладателей даже самых удаленных мест отделяет от исполнителей всего пять метров.
А потому переживание музыки здесь неотделимо от физического ее восприятия: каждый слушатель ощущает трение смычков о струны и уж тем более — удары ног экспрессивного аутентиста Джулиано Карминьолы об пол.
Карминьола и 13 артистов Musica viva открыли фестиваль музыкой незаменимого «рыжего попа» из Венеции — Антонио Вивальди. Карминьола был связан с Вивальди всю жизнь — с годов учебы в Венецианской консерватории (Вивальди преподавал в одной из ее многочисленных предшественниц в те времена, когда слово «консерватория» еще означало приют для осиротевших девочек, которых учат музыке) до целого ряда недавно выпущенных компакт-дисков.
Вивальди Карминьолы и Musica viva получился разным: у итальянца это был певец крайностей, по-барочному нервный и пассионарный, у москвичей — благородный композитор-классик. Ощущения, что один из них взял верх над другим, не возникало: каждый мог выбрать свой образ венецианского мастера.
В публике с обязательными для подобных случаев бриллиантами недостатка не было, благо Рублевское шоссе проходит совсем недалеко. Были гости и из «обычной» Москвы. Видимо, с расчетом на них все концерты начинаются в восемь вечера.
Открывая вечер, губернатор Московской области Андрей Воробьев сказал, что обычно ему приходится заниматься вещами, далекими от высокого искусства.
— Но некоторые люди говорят нам: «Вы должны заниматься всем», — вспомнил губернатор. Очевидно, этим людям «Шедевры барокко» и обязаны своим появлением.
