Данила Ткаченко: «Фотография — это не изображение»

В Центре дизайна Artplay открылась выставка всемирного конкурса фотожурналистики World Press Photo. Одним из лауреатов смотра стал Данила Ткаченко с серией работ об отшельниках (первое место в номинации «Постановочный портрет»). С фотографом встретилась корреспондент «Известий».

— Наверняка у такой серии работ должна быть предыстория. Расскажите!

­— Все началось с моего одиночного похода на Алтай. Поход был рассчитан на две недели, но я заблудился и провел там около месяца. На природе социальные привычки становятся бесполезными, и ты ведешь себя иначе. Через несколько лет после того похода я как раз начал заниматься фотографией, работал в газетах и решил делать свой долгосрочный проект. Мне было интересно исследовать то, как социум влияет на личность и что с ней происходит, если человека от общества отрезать. Особенно в России: у нас очень коллективистское общество. Сперва я начал снимать общины, которые живут вдалеке от цивилизации. Но община — тоже некий социум, так что вскоре вышел на тему одиночек.

— Отшельников, вероятно, было сложно найти? 

— Это был процесс более длительный, чем сама съемка. Я обзванивал местные газеты, лесничества, искал информацию на форумах — любые упоминания. Узнавал ближайшую деревню, сразу направлялся туда и уже от местных жителей узнавал подробности. Поездки выходили очень долгими и охватывали Урал, Алтай, Сибирь, западную часть России и немного — Украину. Иногда я просил присоединиться ко мне кого-либо из друзей: некоторые отшельники были с криминальным прошлым, и в одиночку встречаться не хотелось. В целом работа над проектом шла три года, и я побывал примерно у 20 отшельников.

— Тем не менее для проекта вы отобрали всего девять. По какому принципу?

— Выбрал самых интересных. Через месяц, кстати, в Германии выйдет фотокнига, где в конце будет рассказ о каждом из них. Меня интересовали не сами люди, а их конфликт с обществом. Что именно их не устроило и почему они решили уйти в леса. Например, один отшельник — академик. Он занимался разработкой новых видов растений. Но после развала СССР академию закрыли, и он принял решение уйти от общества и посвятить всю свою жизнь выращиванию нового сорта женьшеня. Но это оказалось практически никому не нужно. К тому же, он практически ослеп. Еще один странный случай — когда человек со мной не разговаривал. Не знаю, не хотел ли он или не мог, но скорее — не хотел.

— Как вам удалось уговорить их сниматься для проекта? Не было ли отказов?

— Такое тоже случалось, но в основном все соглашались. Я привозил с собой продукты, гостинцы. Отшельники очень похожи на детей. У них нет социальных форм общения, они разговаривают честно и откровенно, не фильтруют речь. Поэтому многое зависит от настроения: если оно плохое, никто не будет этого скрывать и просто не станет общаться. 

— На ваших снимках — исключительно мужчины. Женщин встречать не доводилось? 

— Только один раз. Но, увы, когда я приехал в предполагаемое место жительства этой отшельницы, выяснилось, что она уже умерла. 

— Не планируете ли вернуться к своим героям и подарить им портреты? 

— Только к некоторым. Ко всем не смогу, поскольку это очень большие расстояния. К тому же вся информация не очень точная: всегда есть риск не найти адресата, ведь он мог перейти в другое место.

— Над чем еще работаете помимо книги?

— Готовлю еще один проект, но только в зимнее время, когда есть снег. Фотографирую те места или объекты, которые когда-то символизировали для российского жителя будущее, а сейчас оказались заброшены. Две зимы уже поснимал, осталась еще одна. Также в планах проект про заброшенные деревни. За границей будет несколько выставок, в России — курс лекций о фотографии. Я зарабатываю только фотографией, и мне необходимы деньги на будущие проекты: расходы очень большие. Приходится подавать фотографии на зарубежные конкурсы, поскольку в России этот вид искусства практически не поддерживается.

— Не связано ли это с тем, что понятие фотографии как вида искусства сейчас девальвируется из-за экспансии социальных сетей?

— Это происходит во всем мире. Но ведь настоящая фотография — не изображение, а то, что находится за ним. Для того чтобы уметь видеть смысл и вкладывать его в снимок, необходимо учиться и много размышлять.

Любовь и жизнь после смерти

В этом году на выставке представлено около 200 работ 53 фотографов из 25 стран. На снимках, занявших призовые места в девяти номинациях (событие, постановочный портрет, документальный портрет, проблемы современности, повседневная жизнь, спортивные выступления, природа, горячие новости и фотография года), запечатлены ключевые события 2013 года.

Лучшими были признаны кадр бостонского теракта (Джон Тлумаки, США, второе место в категории «Проблемы современности»), серия снимков обрушения заводского комплекса в Бангладеш, унесшего более 1 тыс. жизней (Ракул Такулдер, Бангладеш, третье место в номинации «Горячие новости»), фото разрушений после тайфуна Хайана на Филиппинах (Крис Макграт, Австралия, первое место в категории «События») и другие.

Фотографией года стала работа Джона Стенмайера из США. На снимке —африканские мигранты с мобильными телефонами в руках: на ночном берегу моря в городе Джиюути они пытаются поймать дешевый сигнал сотовой связи из соседнего Сомали.

Вошли в списки победителей и российские фотографы: помимо Данилы Ткаченко третье место в серийном «Постановочном портрете» занял Никита Шохов, заснявший жизнь нудистов в природном заповеднике на берегу Черного моря — острове Утриш. С фотографиями Норильска, одного их самых экологически неблагополучных российских городов, заняла третье место в категории «Повседневная жизнь» Елена Чернышова. 

Несмотря на наличие и весьма позитивных сюжетов (серия работ о пуме Стива Уинтера, победителя в номинации «Природа», или же несколько снимков обезьян бонобо, запечатленных немецким фотографом Кристаном Циглером), в целом выставка — не для слабонервных. Сам жанр фоторепортажа вряд ли оставляет место спорам об этике или ее отсутствии: фотографии погибших людей — зрелище очень жесткое.

Среди таких снимков — портрет «Последние объятия» Таслима Ахтера, запечатлевший пару, найденную на второй день после обрушения швейной фабрики в Бангладеш. Победу одержала также серия фотографий оставшейся от умерших одежды, выполненная Фредом Рамосом. Место действия — Сальвадор, где  регулярно совершается огромное количество убийств, а погибших иной раз удается идентифицировать только по найденным рубашкам и штанам.

Выставка продлится до 12 июня.