«Нельзя русских людей тут бросать»
— Вы можете нас свести с людьми, которые занимаются организацией? Мы можем помочь! — мужчина в красном пуховике подходит к нам у ворот базы крымского «Беркута» в Симферополе.
Он говорит, что сам из военных и происходящее ему очень не нравится.
— В Карабахе тогда тоже так было: с виду спокойно, а раз — и через 20 минут резня. Так вот, сведите нас с людьми, которые принимают решения, мы найдем мужиков, которые ничего не боятся и будут защищать Крым.
— Ребята звонят: в Джанкое (на границе Крыма) выгрузили сотни шин, ты понимаешь, что это значит? — подходит к красному пуховику товарищ в черном. — Они готовятся, скоро они будут здесь.
Кто они и к чему они готовятся, объяснять тут никому не надо: возле базы десятки людей, готовых, по их словам, в любой момент дать отпор «бандеровцам» — так здесь называют сторонников евромайдана, «которые вот-вот приедут в Крым, чтобы устанавливать свои порядки». Официального подтверждения о том, что в Джанкое появились шины, которые могут использовать для баррикад, никем не подтверждена, да здесь это и не требуется: официальной информации всё равно не верят, в почете «сарафанное радио».
Евгений Губский, в обычной жизни простой работяга из автосервиса, дежурит у базы Беркута с утра. «Беркут» с народом, народ с «Беркутом» — написано на растяжке, рядом с ней разожгли костры, поставили лавочки и в тетрадочку записывают, кто в случае обострения, чем сможет помочь. Всюду навалены сломанные ящики из-под фруктов, мешки с песком, развернута полевая кухня — столуются в основном мужики в казачьих папахах.
— Одни принесут медикаменты, другие продукты, кто что может, — объясняет Губский, он один из «старших», которые отвечают за охрану базы. — У «Беркута» нет оружия, их уже разоружили, но мы будем их защищать чем придется.
— Оружие отнимем у нападающих, отобьемся, — встревает в разговор парень, который представился Андрюхой. У него красные глаза — полопались сосуды, «потому что дежурил тут всю ночь», объясняет он.
Списки бойцов «Беркута», стоявших в Киеве на майдане, составляют на Украине уже не первый день. Но крымские бойцы говорят, что сами готовы принять товарищей, которым грозит опасность. Трудоустроить беркутовцев в российскую полицию, а через полгода и дать им гражданство пообещал и лидер «Справедливой России» Сергей Миронов.
— Оружие у нас никто не забирал, это всё ерунда, мы его просто не отдадим, — говорит командир роты майор Виктор. Он только вернулся из больницы, где лежат его товарищи.
Всего на майдане пострадали 32 крымских беркутовца, у 20 из них — пулевые ранения различной тяжести. Одного похоронили. Всего в гробах вернулись домой трое бойцов — двое из внутренних войск.
— Пусть они рассказывают, что хотят, но мы-то в оружии разбираемся, ранения-то вот они: пули калибра 5,45 и 7,62, стреляли из «Сайги», но по убойной силе они не уступают «калашу», таких, естественно, нет в милиции на вооружении, — Николай Федорук, полковник запаса и ветеран «Беркута», говорит, что вот уже который день вынужден опровергать лживую информацию.—– Закон о милиции, в соответствии с которым действовали и действуют бойцы спецподразделений, никто не отменял. Если есть к кому-то претензии из сотрудников наших, пусть расследуют дела и судят. А по-другому быть не должно.
Майор Виктор говорит, что Россия должна им помочь.
— У меня куча друзей в Москве, звонят каждый день, а я у них спрашиваю — ну что там ваши решили, когда помогать будут? Да, в том числе и войсками, нельзя русских людей тут бросать, — считает он.
— Россия должна, нет — обязана нам помочь, у нас тут больше 70% русскоязычных, — вторит беркутовцу первый секретарь Симферопольского горкома КПУ (коммунистической партии Украины) местный депутат Виктор Шкляренко.
У памятника Ленину в центре города коммунисты раздают листовки, в которых призывают в субботу выйти на митинг против сноса памятника вождю мирового пролетариата. Несколько дней назад на этой площади митинговали татары, пообещавшие сами убрать Ленина, если местная рада в течение 10 дней не снимет его с площади добровольно.
— Много их (татар. — «Известия») было, вся площадь — тысяч 5–7, но и мы не меньше приведем, — уверен Шкляренко. — Народ должен решать, кто будет стоять на площади, но памятников Бандере в Крыму точно не будет.
Возле Ленина круглосуточно дежурит милиция, ближе к ночи приезжают добровольцы.
— 7–8 машин всю ночь стоят, это мужики из самообороны, — объясняет один из милиционеров. — Никто тут Ленина не снесет, даже говорить об этом нечего — люди просто не дадут.
Возле Верховной рады Крыма, который тут все называют «пентагоном», под вечер развивались и вовсе советские и российские флаги, позже развернули лозунги: «Стоп майдан!» и «Фашизм не пройдет». Бастовали тут и днем до 1,5 тыс. человек, к вечеру же народу стало еще больше. Когда к зданию рады в сопровождении пары парней проходил председатель меджлиса крымско-татарского народа Рефат Чубаров, на площади его тут же освистали.
— Татары, которые тут давно живут, не хотят эскалации, они нормальные люди. Но ведь есть и другая информация: что привечают они боевиков «Правого сектора», — говорит девушка в зеленом камуфляже по имени Талия. — Мы патрулируем город с 18 февраля, и народу становится всё больше, — говорит Талия. — Сколько бы сюда не приехало с той стороны (на площади сторонников евромайдана называют «той стороной». — «Известия») — мы дадим им отпор. Но помощь бы нам тоже не помешала.
В это время площадь у «пентагона» дружно скандирует: «Россия, мы с тобой! Путин наш президент!»
