«Отдайте майдан Януковичу»
Украинский протест окончательно разделился на два лагеря: относительно мирный майдан с большой сценой, хорошим звуковым оборудованием и респектабельными политиками в качестве то ли приходящих порой хозяев, то ли часто забегающих гостей противостоит сторонникам решительных действий, декларирующим усталость от майданных лозунгов и высказывающим готовность сменить власть силой.
Вторые заняли часть улицы Грушевского, идущей мимо стадиона имени Валерия Лобановского к правительственному кварталу, где уже сутки с лишним не прекращаются стычки с милицией и военными. При этом оба протеста время от времени пересекаются. Люди с Грушевского отходят на майдан, где можно погреться в палатках, поесть и даже получить медицинскую помощь. Тот, в свою очередь, отряжает к местам стычек своих представителей, пытающихся уговорить горячие головы сложить арматуру и бутылки с зажигательной смесью, вернувшись к мирному противостоянию с президентом Виктором Януковичем и его правительством.
Но уговоры не действуют. Даже лидеры официального протеста ничего не могут сделать с киевской улицей, что на собственной шкуре испытал боксер и глава парламентского УДАРа Виталий Кличко. Его вечерний визит на Грушевского окончился струей из огнетушителя в лицо боксера и оскорблениями уже в спину уходящему Кличко.
— Будьте мужчинами, не слушайте ни его, ни всех остальных. Бейтесь до конца. Свобода или смерть, — кричали на баррикадах, пока Кличко в сопровождении охраны уходил в сторону Европейской площади.
Даже на оказавшиеся впоследствии ложными сообщения о начавшемся штурме майдана «Беркутом» Грушевского отвечает в лучшем случае безразличием.
— Тот протест ни к чему не привел. Только говорильня. Майдан можно отдать Януковичу, ничего от этого не изменится. Надо валить эту власть, — объясняют парни, городящие баррикады перед рядами омоновцев.
На парнях велосипедные шлемы, от резиновых пуль и светошумовых гранат они пытаются защититься при помощи самодельных щитов из фанеры и пластиковой двери уличного туалета. Защита не очень надежная, поэтому счет раненых идет на десятки. В основном, ранения легкие — ушибы и ссадины, разбитые носы и шишки. Но есть и покалеченные всерьез. Молодой боец оппозиции подхватил выпущенную с другой стороны баррикад светошумовую гранату, которая взорвалась у него в кулаке. Шатающегося от болевого шока парня тащат к добровольцам-медикам. На месте правой кисти — кровавая лапша из ошметков кожи и лоскутов одежды.
Увечья товарищей лишь раззадоривают протестующих. В милиционеров летят камни и арматура, один за другим вспыхивают от коктейлей Молотова милицейские грузовики и автобусы. ОМОН выстраивается в защитные коробочки, полностью укрываясь за стенами из собственных щитов, как древнеримские легионеры на картинках в учебниках истории. Только вместо копий в стыках между щитами торчат ружья, заряженные резиновыми пулями.
Стычки продолжаются всю ночь, несмотря на то что протестующих к полуночи заметно поубавилось, а их противники очевидно разъярились, добавив к арсеналу из газа и резиновых пуль и весьма действенные при ночном морозе водометы. Но протестующие не расходятся. В милицию летят все новые камни и бутылки с зажигательной смесью.
Противостояние на несколько минут замирает ближе к пяти утра, когда на улицу Грушевского выруливает такси, водитель которого, выйдя из машины, долго стоит в задумчивости между противоборствующими сторонами, держа в руках охапку гвоздик. Словно опомнившись, он начинает метаться от одного демонстранта к другому, пытаясь всучить в руки цветы. Никто не берет. И тогда таксист перебирается через баррикады и вставляет гвоздики в прорези в щитах милиционеров, после чего садится в машину и уезжает.
Пораженные неожиданным перфомансом и демонстранты, и милиционеры какое-то время бездействуют. Потом сражение вспыхивает вновь. И длится уже весь день. Не исключено, что и ночь тоже — протестующие ждут подкрепления из числа тех, кто утром отправился на работу и обещал вернуться к вечеру. О серьезности намерений оппозиции свидетельствует и начавшееся у стадиона строительство катапульты. Из кучи досок демонстранты пытаются собрать действующую метательную машину, чтобы размести стоящие на их пути к правительственному кварталу военные и милицейские подразделения.
