А был ли банк...

Запрет на открытие филиалов иностранных банков на территории России стал одним из шагов на пути ограничения финансовой активности «чужеземцев». Официальная версия причин – невозможность полноценного контроля за деятельностью банков-нерезидентов, так как они не подпадают под юрисдикцию РФ. Центробанк не может контролировать их в достаточной степени. Под этим скрываются опасения оттеснения отечественного капитала из банковского сектора и поглощения его иностранцами, что в глобальном масштабе может привести к потере финансовой независимости страны.

В российском банковском секторе гостям из-за рубежа никогда не были рады. Во-первых, лишние конкуренты ни к чему, во‑вторых, пришельцы инициируют увеличение оттока капитала из страны. Нерезиденты, как правило, не строят далеко идущих планов, их цель – максимальная прибыль за минимальные сроки, полагает Ирина Ларионова, заместитель руководителя Дирекции по финансовым рынкам и банкам Аналитического центра при правительстве РФ: «Иностранцы заинтересованы размещать средства в компаниях с быстрым оборотом при высокой рентабельности и на рынке ценных бумаг, потому что их интересует скорейшая отдача инвестиций».

В Россию на заработки

Халук Айдыноглу, президент Кредит Европа Банка, придерживается другого мнения: «Филиалы иностранных банков не инвестируют капитал, более правильно, когда иностранные инвесторы вкладывают деньги в национальную экономику в виде капитала и знаний». Но знания в головы сотрудников можно вкладывать и в формате дочерней компании, да и для установки особо прогрессивного программного обеспечения совсем не обязательно открывать именно филиал – вполне достаточно дочерней компании. Впрочем, здесь можно сколь угодно долго рассуждать о том, что они рассматривают Россию как полигон для обогащения, зарабатывают здесь деньги, а потом – поминай как звали...

Только принятый закон, запрещающий иностранным банкам открывать филиалы в нашей стране, не повлияет на ситуацию, считает Василий Солодков, директор Банковского института Высшей школы экономики: «По факту это ни к чему не ведет и не может привести, потому что негласно запрет на открытие филиалов иностранных банков на территории Российской Федерации существует с того дня, когда была создана российская банковская система, то есть с 1992 года».

Закон упрощает жизнь

Многие зарубежные банки намерены развивать сеть филиалов по всему миру, в том числе и в России. Открытие непосредственного филиала банка дает возможность в сложных ситуациях в значительной степени опираться на капитал материнской компании, которая находится за пределами страны и теоретически не затронута волнами финансового шторма. При этом в остальном со стороны регуляторных органов к филиалу предъявляются те же требования, что и к дочерней компании. Все это определенно удобно, но большинство крупных игроков вынуждено находиться здесь в форме дочерних структур.

Российскую сторону не устраивает тот факт, что филиалы могут не иметь своего собственного капитала, а капитал всей структуры оценивается по правилам, которые установлены не нашим Центробанком. Это лишает ЦБР возможности контролировать соотношение капитала и рисков, например, а также проверять деятельность банка. Впрочем, в создании отдельного юридического лица (то есть «дочки») есть своя выгода, например, форма дочерней структуры позволяет ограничить требования в случае негативного развития ситуации – материнская компания не должна отвечать по требованиям дочерней структуры и рисковать основными активами.

Здесь следует отметить, что в настоящее время в Европе банки предусмотрительно все чаще и чаще используют формат именно дочерних компаний (англ. subsidiaries – субсидиарии). Скорее всего, это обусловлено именно тем, что, как показали многочисленные кризисные события последнего времени, невозможно отвечать казной материнской компании во всех непростых финансовых ситуациях – их может быть множество, а капитал – один, и от него зависит благополучие всей организации.

Вступая в ВТО, Россия подтверждала, что отделения иностранных банков на ее территории создаваться не будут, просто сейчас это утверждено законодательно. Наталья Николаева, руководитель департамента по работе с государственными органами Citi Россия поясняет: «Запрет на открытие филиалов иностранных банков был заложен в документах по присоединению России к ВТО, а закон был подписан для того, чтобы закрепить данные договоренности, так как ранее запрет существовал лишь в инструкциях ЦБ». Запрет в основном действительно направлен на защиту банковской системы РФ от конкуренции с иностранными банками, которые могли бы работать в России как филиалы на базе существующего капитала материнской компании.

Правда, есть и другие механизмы обеспечения равных конкурентных возможностей – например, в Польше филиалы иностранных банков не были запрещены, но были установлены требования к капиталу филиалов, идентичные банковским требованиям. Соответствовать оказалось очень и очень непросто. Однако нам дополнительные инструменты даже не понадобились, с принятием закона вопрос автоматически был снят.

Клиенту не все равно

Для клиента банка все приведенные выше подробности – не более чем информация, которую можно при желании лишь принять к сведению. Конечно, если банк может привнести что-то хорошее, будь то международный или личный опыт, потребитель это оценит, потому что ему важны в первую очередь параметры обслуживания: удобство, скорость, надежность. Можно объяснять клиентам, что если у банка существует сильный материнский банк, то в условиях экономической нестабильности он сможет оказать поддержку.

Возможно, это и создает дополнительное чувство комфорта в дополнение к государственному страхованию вкладов, но определяющим не является. «Я долго выбирала банк перед тем, как открыть расчетный счет, в основном ориентировалась на надежность, но в итоге все равно пришлось менять банк – меня не устроило качество обслуживания, в частности очереди в офисе и периодические (довольно частые) сбои в интернет-банке», – делится опытом индивидуальный предприниматель Диана Яковлева.

В целом же законодатель закрепил равные возможности для банков как с иностранным, так и с российским капиталом. «Если российский банк с иностранным капиталом активно использует технологические преимущества за счет знаний извне, он будет более прогрессивным и более привлекательным для современного клиента», – считает Салават Исмагилов, вице-президент Кредит Европа Банка.

Почему именно извне – легко объяснить. Дело в том, что для материнских банковских структур в Европе давно являются обязанностью правила управления рисками соглашения «Базель III», содержащие самые современные методические рекомендации касаемо банковского регулирования. В России они применяются не всегда, однако отечественные банки с иностранным капиталом, как правило, уже внедряют или внедрили их. То есть в дополнение к требованиям российского регулятора (кстати, весьма «продвинутым») российские банки с иностранным капиталом обязаны соответствовать и международным правилам. Это дополнительный плюс для клиентов.

Вот так ВТО

Запретом на открытие филиалов иностранных банков протекционистские меры от потенциальных иностранных «оккупантов» не ограничились. Было предложено ввести квоту на участие иностранных средств в совокупном капитале отечественных банков в размере 50%. Ирина Ларионова считает, что это чрезмерно мягкая мера и порог может быть гораздо выше. Только так можно снизить риски, связанные с трансграничными сделками, слияния и поглощения с избыточной доходностью и оттоком капитала из России. Все это относится к последствиям вступления России в ВТО и является более чем реальной перспективой при отсутствии должного ограничивающего реагирования.

С другой стороны, российские банки с иностранным капиталом, как правило, обладают более высокой чувствительностью к правилам и качеству корпоративного управления, комплаенса и репутации. Еще бы – ведь этические нормы и правила одновременно диктуются российским регулятором и находятся под постоянным контролем материнского банка в Европе и как следствие – опосредованно регулятора в Старом Свете. Европейские стандарты обслуживания считаются одними из самых высоких в мире. Это дает банку целую массу преимуществ для клиентов: начиная с жалоб на услуги, на которые обязательно обратят внимание и сделают выводы, и заканчивая уверенностью, что такие банки вряд ли захотят нарушать какой-либо закон или правила этики, являющиеся основой банковского бизнеса.

В России очень много банков с иностранным капиталом, и большинство членов правления в них, как правило, иностранцы. У нас особые правила игры и довольно специфический менталитет, иностранцу сложно жить, работать и получать выгоду (а в этом состоит основной смысл открытия банка) с поправкой на то, что «умом Россию не понять». У «аборигенов» это получается гораздо лучше, поэтому капитал, технологии, знания, опыт, квалификация фонда могут быть иностранными, но банк-то наш, отечественный, и по форме, и по содержанию. Среди персонала иностранцев обычно не очень много – менее 10%, и, как правило, они задействованы в областях деятельности банка, которые нуждаются в развитии и поддержке извне. Зарубежное руководство вынуждено инвестировать не только в своих граждан – сотрудников дочерней компании, но и в российские кадры, в том числе в среднее звено и высший менеджмент, а это очень важно.

В банке, рассчитывающем на долгосрочное существование, сотрудники с российским гражданством, происхождением и образом мысли составляют подавляющее большинство коллектива, и если более 90% из них работают в данной организации более пяти лет – это заслуживает доверия. Значит, мы имеем дело не с тем случаем, когда в чужой монастырь да со своим уставом. Значит, банк заслуживает доверия и может функционировать – ведь любой банк успешно работает лишь до тех пор, пока ему доверяют.