Шок-рокер в интерьере поколения
Клоунада вкупе с театром ужасов, которую Элис Купер устраивает на сцене, — штука продуманная и выстроенная годами. То, что с его легкой руки однажды было названо шок-роком, стало одной из самых важных и востребованных рок-н-ролльных составляющих.
Тем не менее сам Элис Купер — урожденный Винсент Дэймон Фурнье — куда больше, чем «король хард-рока» или главный шок-рокер. Не будь его, и кто знает, в каком обличье миру явились бы колоритные фигуры вроде Оззи Осборна, KISS, Мэрилина Мэнсона и Леди Гаги.
Театр Элиса Купера — не просто шоу-ужасов и громкая музыка. Это — нарочито трэшевый перформанс, тонко реагирующий на любые общественные коллизии. Сам Купер утверждает, что вся его комическая сценическая смурь и жестокость — всего лишь отражение реальной агрессии реального мира.
Куперу везло. Во многом благодаря тому, что ни в постхипповские 1970-е, ни в новую волну 1980-х на сцене было не так уж много подобных фриков, к тому же наделенных недюжинными талантами импровизатора и музыканта. То есть они были, но кто-то явно повторял уже придуманные ходы, а кто-то слишком серьезно относился к тому, что делает. А эта штука для рок-н-ролла максимально губительна.
Судьбоносными стали его знакомства с великим авангардистом Фрэнком Заппой и превосходным музыкальным продюсером Бобом Эзерином — на рубеже 1960–1970-х, метко выцепивших молодого провинциального нахала из огромного числа подающих надежды потенциальных гениев.
Его хвалил обожаемый Джон Леннон. Он пил с Джимом Моррисоном и джемовал с Дэвидом Боуи. Слухи о сценических выходках Купера — скажем, об участии в шоу питона боа, дошли до Сальвадора Дали. И это было не случайное общение, а встречи за обедом на протяжении двух недель. Сам Купер вспоминал о «психотропных мембранах мозга и радиоимпульсах, постоянно посылаемых ими в космос».
В любви к Куперу, чьи шоу с отрубанием головы, все тем же питоном, монстрами и прочим веселым уродством год от года становились все более технически изощренными, признавались многие рок-кумиры. На одном из недавних концертов Мэрилин Мэнсон, пав ниц, целовал ему ботинки. После выхода одной из серий «Кошмаров на улице Вязов» выяснилось, что Элис Купер является отчимом Фредди Крюгера, что в принципе несколько проясняет особенности поведения пасынка.
Музыкальная составляющая театра Купера по большому счету менялась лишь однажды. В конце 1980-х, уже плотно находясь в «ветеранском» статусе, он неожиданно прикипел к облегченной версии хард-рока, начав балансировать где-то между хеви-метал и глэмом.
Вероятно, такая музыкальная концепция показалась ему максимально подходящей для экстравагантных экспериментов. Увы, жанр этот оказался не столь долговечным, и загробная сатира, слившись с галантерейным глэмом, дала результат откровенно комический. Элис Купер обыграл и это, вполне согласившись с текущим положением вещей.
Сегодня он 30 лет как не пьет — утверждая, что «соскочил» только благодаря своему увлечению гольфом. Ведет радиопрограмму Nights with Alice Cooper. Придерживается христианского мировоззрения. Но жестокости, над которой он любит поглумиться, в этом мире не убавилось. Так что шатры дикого, но симпатичного цирка Элиса Купера еще не скоро отправятся в утиль.
