«Филипп Киркоров был прекрасным Билли Флином, но времена меняются»
В Москве прошла премьера мюзикла Chicago, которую посетил продюсер бродвейского шоу Барри Уайслер. Об особенностях постановки без участия Филиппа Киркорова он рассказал корреспонденту «Известий» Викторий Ивановой.
— В России уже показывали Chicago. Почему вы решили привезти его еще раз?
— Chicago — бесконечная история. Это нескончаемая прекрасная музыка, стихи, качество шоу. Это постановка, которую с удовольствием смотрят люди по всему миру. Например, только в Японии мы были уже семь раз, в России — дважды. История Chicago началась еще в 1970-х годах в Нью-Йорке, эта постановка вошла в историю мюзикла. Chicago — одно из тех ключевых шоу, что всегда привлекает людей. И для меня это особенно хорошо (смеется).
— Десять лет назад Chicago в России продюсировали Филипп Киркоров и Алла Пугачева. Вы видели эту версию?
— Да, конечно. Я был здесь во время подготовки этого шоу. Я очень хорошо знаком с Киркоровым, мы провели вместе много времени. Он очень мне нравится. В роли Билли Флина он был великолепен, очень эксцентричен. И постановка получилась прекрасной.
— А что в этот раз с составами? Кто проводил кастинг?
— Мы проводили его совместно с моим директором, хореографом и ассистентами из Лондонда и США, и составы были выбраны в связи с нашими ожиданиями и ожиданиями компании Stage Entertainment, с которой мы создали эту постановку с нуля. Так что мы выбрали прекрасных актеров. Те, кто пришли на премьеру, уже в этом убедились. А если нет, пусть поспорят со мной.
— Ни Филипп Киркоров, ни Анастасия Стоцкая в новый состав не попали.
— Да. Но у нас есть Александр Арсентьев в роли Билли Флина и Лариса Долина, которая начала играть Маму еще на Бродвее — она невероятная и очень талантливая. Из прошлого состава осталась только Лика Рулла, которая играет Велму. Время ведь идет, всё меняется. Где вы будете через 10 лет, а?
— Первый раз вы поставили Chicago в 1996. Не возникало желание что-то изменить?
— Нет. Когда ты видишь, что шоу существует столько лет и что на протяжении такого долгого периода оно по-прежнему остается живым и востребованным, то понимаешь, что все сделал правильно. Мы поймали нашу удачу. Хотя иногда что-то меняется под конкретных людей. Например, тот же Филипп Киркоров — один Билли Флин, Патрик Суэйзи — совсем иной. Но шоу всё равно одно и то же.
— В России Chicago — первый мюзикл, идущий с возрастным ограничением «18+».
— Меня это не смущает. Хотя когда мы только начинали, этот мюзикл пользовался популярностью именно у молодых. В конце концов, если сейчас родители посмотрят мюзикл и увидят, что в нем нет ничего недостойного, и приведут с собой 12-летних или 16-летних детей, неужели охрана их не пропустит? Это ведь не запрещающий ценз, а только рекомендованный.
— И всё же мюзикл — американский жанр, в России не слишком популярный.
— В России великая музыкальная традиция, танцевальная. Театр? И там вы преуспели веками. Я сам когда-то был актером и учился по системе Станиславского, изучал русскую классику. Но нет ничего необычного в том, что сейчас к вам приходит традиция американского мюзикла. Почему бы не попробовать что-то новое?
— А в чем вы видите будущее этого жанра?
— Будущее мюзикла — становиться все лучше и лучше. Привлекать всё больше людей. Уже сейчас Chicago заинтересовывает, продолжает привлекать новую публику, хотя мы делаем все так же, как и десятки лет назад. Не думаю, что 15 лет назад здесь слышали бродвейские мюзиклы. Но слышат теперь. К тому же с каждым годом у людей всё больше интерес к искусству — всё больше ему обучаются, узнают о нем.
— И вы уже знаете, что привезете в следующим?
— Да. Еще одно шоу с Бродвея — «Пиппин». Очень успешное. Это — смесь акробатики в стиле Cirque du Soleil, зажигательных танцев, пения. Думаю, публике в России оно понравится. Надеюсь, я смогу привезти его уже через пару лет. Сейчас для меня самое главное — работать так, чтобы людей трогало то, что я создаю. Это единственное, что меня заботит, ведь только на гастролях я сделал около 200 шоу. Надеюсь, мы и дальше будем работать в одной команде с женой и нас не подведет чувство вкуса. Ну и любовь, конечно.
