Леонид Федоров: «Я свободен от каких-либо идей. Пусть идет как идет»
По количеству, да в общем-то и по качеству сольных проектов и записей Федоров давно обошел почти всех своих коллег по российской рок-сцене. В новый сольник Леонид пригласил практически неизвестную в России группу «Крузенштерн и пароход», с которой и записал «Быть везде» — один из своих самых необычных альбомов. Семь текстов песен из девяти авторства бессменного соратника Федорова — клавишника «АукцЫона» Дмитрия Озерского, два — Инны Лиснянской и Юнны Мориц. Накануне концертов-презентаций (6 сентября в московском клубе GOGOL и 7 сентября в петербургском «А2») Леонид Федоров ответил на вопросы корреспондента «Известий».
— Ваши партнеры из «Крузенштерн и пароход» в России почти неизвестны. Как началось ваше знакомство?
— Много лет назад мы приехали в Вильнюс играть концерт с «Волков-трио». Концерт был совместным с «Крузенштерн и пароход». Они оказались удивительно милыми и симпатичными людьми, но тогда планов поработать вместе не возникло. Все произошло сейчас и внезапно. Впрочем, у нас так обычно и происходит.
— Альбом записывался в Израиле, где вы часто бываете. Чем он вам так близок?
— Аура там особая, конечно, и еще — там все очень удобно. Правда, с записью нового альбома все получилось абсолютно спонтанно. Мы путешествовали по стране, и параллельно появлялись какие-то идеи. Ну а потом просто встретились с «Крузенштерном и пароходом», сели в студию и записались. Кстати, студии там дешевле, чем у нас, и качественнее.
— Вы умудряетесь гармонично сочетать сольники и работу в «АукцЫоне». Как решаете, что больше подойдет для вас, а что для команды?
— Все случается естественным образом и само собой. Эти песни вполне могли бы составить альбом «АукцЫона», но в итоге они все-таки звучат так, как надо. В том виде, как это вышло у нас с «Крузенштерном...». Кто слышал «Быть везде», говорят, что он получился более «роковый» по звучанию. Я бы этого не сказал. Во всяком случае, никаких специальных усилий я не прилагал. Если это так заметно, то просто все совпало определенным образом. Врать и лукавить, мол, «я к этому очень долго шел», не стану.
— Мне показалось, что в процессе вы слушали много старых записей — в диапазоне от Тома Уэйтса до Led Zeppelin. Рок вам сейчас близок?
— Есть такой момент. Я продолжаю с удовольствием слушать. Это и Led Zeppelin, и King Crimson, и все что хочешь. Тот же Captain Beefheart (американский музыкант, один из основоположников психоделического рока. — «Известия»).
— Большинство текстов написано Дмитрием Озерским — клавишником «АукцЫона». Музыканты были готовы к его поэзии?
— Все прошло абсолютно нормально. Альбом мы записывали втроем. Если барабанщику-израильтянину Гаю Шехтеру стихи были непонятны, то Игорь Крутоголов, сыгравший на бас-гитаре и на пиле, — наш парень. Ему сразу было ясно, что и как делать. Они слышали мои альбомы, я — альбомы «Крузенштерна и парохода», и все понимали, кто с кем работает.
На московском концерте состав на сцене будет расширен. Кроме нас троих появится Леня Сойбельман (лидер распавшейся группы «Не ждали», ныне проживающий в Германии. — «Известия»), на клавишах сыграет Дима Озерский и на кларнете — Руслан Гросс.
— Сольно и с «АукцЫоном» вы работали с текстами Хлебникова, Введенского, Хвостенко. Кто из ныне живущих авторов кажется вам любопытным?
— Вероятно, есть, но я их пока не встречал. Нет ничего такого, чтобы «цепануло» больше, чем Пригов. Но его тоже давно нет в живых.
— У «АукцЫона» всегда хватало театра. В контексте сольного творчества идей или предложений в этой области не возникало?
— Cложно сказать. Я свободен от каких-то идей. Ставить себе такие глобальные задачи и что-то делать для их реализации я не стану. Пусть все идет как идет.
— Три года назад вышел сольный альбом вашей дочери Ксении. Вам нравится то, что она делает?
— Она сыграла, мы не особо обсуждаем. Альбом я слышал, но никаких советов не даю. Только если что-то спрашивает. Она сама знает, что делать. Ну а если попросит — помогу.
