Челси Вулф превратилась в лебедя
Музыка Челси Вулф родилась несколько лет назад, сразу после экспансии нового американского фолка, отголоска психоделических опытов 1960-х. Его постоянный спутник — вибрирующий гул, заставляющий сконцентрироваться, а затем под лучезарные напевы наследников хиппи окунуться в пограничное — между явью и сном — состояние. Со временем музыканты устали от дурманной улыбчивости. В итоге осталось дребезжание редких инструментов и молитвенно-пронзительные песнопения с тягучими гласными.
Именно так звучал дебют Челси Вулф — оглушительно невнятно, с расстроенными гитарами и голосом, смикшированным шумовыми эффектами. Ее второй опыт — Ἀποκάλυψις — получил реверансы прессы и «лайки» от поклонников, став образцом новейшей готической музыки. Прошлогодний акустический диск Unknown Rooms был скорее «вдохом» перед третьим высказыванием — Pain Is Beauty (в Петербурге ему предшествовал триумфальный весенний концерт в рамках курехинского фестиваля).
Новый альбом лишен мистицизма дарк-фолка. Госпожа Вулф, сопровождаемая синтезаторами в стиле хорор, поет прямо и открыто, используя все краски своего незаурядного тембра. Тем не менее «правильность» альбома оставляет странное впечатление: «сказочное» преображение явно не пошло певице на пользу.
Ее эволюцию можно проследить по обложкам альбомов — побывав тенью на фоне зимнего леса и божеством без глазниц, Челси Вулф на сей раз предстает симпатичной девицей — вроде тех, кто взирает на обладателей сборников в жанре готик-метал. Гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя, утратив при этом немалую часть своего обаяния.
Четкие электронные пульсации первого же номера — Feral Love — свидетельствуют, что Челси Вулф решила освежить свой «грязный» лоу-файный звук. Команда саунд-продюсеров отретушировала фирменные несуразности и собрала распадающуюся мелодию. Теперь, если по струнам ударяют, слушатель взлетает к потолку — не в пример былой медитации. Набор печальных песен уже можно исполнять не в малолюдном клубе, а перед многотысячной аудиторией.
Тому свидетельство — главный «стадионный» хит We Hit a Wall, заглавная фраза которого на протяжении четырех минут звучит рефреном. Один из самых пронзительных номеров альбома, посвященный беспокойной любви, — The Warden — звучит как спиритическая колыбельная, окруженная частоколом гитарных щипков. А на Destruction Makes the World Burn Brighter Челси Вулф выглядит как без пяти минут Пи Джей Харви с ее непредсказуемостью и умением всякий раз казаться новой — за вычетом сочинительского таланта последней.
