«Алкоголики, тунеядцы и хулиганы» могут избежать ареста

Житель Набережных Челнов Сергей Горовой получил в качестве компенсации морального вреда €5 тыс. — такое решение принял Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Евросудьи посчитали, что условия содержания арестованных в изоляторе внутреннего содержания (ИВС) УВД Набережных Челнов, в котором находился Горовой, приравниваются к пыткам. Сергей вспоминает, что камеры в ИВС кишели клопами и тараканами, а ВИЧ-инфицированные, больные гепатитом и туберкулезом содержались в одной комнате со здоровыми.

Еще раньше ЕСПЧ постановил выплатить €9 тыс. другому жителю Набережных Челнов — Сергею Самарцеву, побывавшему в том же ИВС. Это спецучреждение уже привели в соответствие с международными стандартами, а в правительстве и среди правозащитников обсуждается список заболеваний (есть в распоряжении «Известий»), по которому тяжелобольные, осужденные к административному аресту, будут по состоянию здоровья освобождены от отбывания наказания.

Административный арест предусмотрен 27 статьями Кодекса об административных правонарушениях (КоАП). Максимальный срок ареста — до 15 суток, и 30 суток — за нарушение требований режима чрезвычайного положения или режима в зоне проведения контртеррористической операции.

По статистике, 30% арестованных — нарушители Правил дорожного движения, каждый четвертый осужден за мелкое хулиганство, 18% — за пьянку или появление подшофе в общественном месте и столько же — за неуплату административного штрафа. Знаменитые 15 суток давали еще в советские времена, в народе за «административными» закрепилась киношная слава «алкоголиков, тунеядцев и хулиганов», правда, тогда их не просто держали за решеткой, а привлекали к общественным работам. В последнее время, особенно в Москве, «административный список» расширился. В спецприемниках нередко оказываются так называемые несогласные — административный арест отбывали оппозиционеры Алексей Навальный и Илья Яшин, Сергея Удальцова из-за длительной голодовки увозили из спецприемника № 1 в реанимацию.

Всего в России чуть больше 200 спецприемников, нужно построить еще минимум 150, и на это потребуется порядка 1 млрд рублей. Пока же в большинстве случаев подвергнутые административному аресту зачастую отбывают его в обычных ИВС — вроде того, где находились Горовой и Самарцев.

По закону от отбытия административного ареста уже освобождены беременные женщины и мамы с детьми до 14 лет, инвалиды 1-й и 2-й групп. Теперь этот список будет существенно расширен за счет тяжелобольных осужденных. К ним предлагается отнести больных активной формой туберкулеза, инсулинозависимых больных сахарным диабетом 1-го и 2-го типов, онкобольных в терминальной стадии с распадом опухоли — всего в перечне 20 пунктов. Этот перечень заболеваний появился, потому что в конце июля в России вступает в законную силу ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», в котором детально прописаны порядок отбывания этого наказания, а также порядок материально-бытового и санитарно-медицинского обеспечения осужденных.

Опрошенные «Известиями» эксперты и юристы считают, что предлагаемый перечень заболеваний — слишком узкий, а стадии, на которых возможно освобождение от административного наказания, фактически смертельные. И даже на более ранних стадиях таких заболеваний заключение под стражу на две недели может на практике привести к летальным исходам.

Главный врач московского НИИ онкологии имени Герцена Галина Алексеева говорит, что злокачественные новообразования на фоне паллиативной помощи, инкурабельность (неизлечимость. — «Известия») заболевания с явлениями интоксикации и распадом опухоли, которые есть в перечне, — фактически терминальные стадии, когда ничем, кроме ухода, больному помочь нельзя.

— Конечно, это правильно, что осужденных в такой стадии болезни будут освобождать от ареста, поскольку им нужно серьезное купирование боли, а больше помочь уже нечем, — объясняет Алексеева. — Но  список надо серьезно расширять, включив в него онкобольных не только с 3-й, но и со 2-й стадией рака. Часто заболевания носят стремительный характер, и пока идет обследование и уточнение стадии, помочь больному порой, увы, уже нельзя. И те же 15 суток изоляции могут в этом случае стать смертным приговором.

Больше 50% арестованных и осужденных, согласно тюремной статистике, умирают от сердечных заболеваний. Врач-кардиолог НИИ кардиологии имени Мясникова Алина Плисюк считает, что больные с предложенными к освобождению заболеваниями сердца одной ногой уже фактически на том свете и спасти их проблематично даже в условиях реанимации и постоянного наблюдения.

— Ишемическая болезнь сердца с коронарной недостаточностью III–IV класса стенокардии и недостаточностью кровообращения IIБ – III степени — это уже крайние стадии заболевания, — замечает Плисюк. — Более легкая стадия — IIА, которая не указана в перечне, тоже требует срочной госпитализации, потому что идет застой жидкости в легких и за 15 суток ареста это может перейти в отек легких и привести к летальному исходу.

Адвокат Артур Рамазанов говорит, что либерализация уголовной политики и, как следствие, декриминализация ряда статей УК неизбежно приведут к росту количества лиц, отбывающих административный арест.

— Административный арест — самый строгий вид административного наказания, и поэтому он должен применяться лишь в крайних случаях, когда нельзя обойтись другим видом наказания, например предупреждением, административным штрафом и т.д. Но то же самое говорится в законе и о заключении под стражу подозреваемого, это тоже крайняя мера, хотя на практике ее применяют гораздо чаще остальных, — поясняет Рамазанов. — То же самое может произойти и с назначением административного ареста.

По его мнению, при назначении административного наказания нужно учитывать и интересы потерпевшей стороны (если она есть), связанные с возмещением ей вреда.

— Назначение административного ареста не всегда является целесообразным, поскольку после его отбытия желание добровольно возмещать материальный ущерб и моральный вред потерпевшему у правонарушителя может пропасть, на практике так чаще всего и происходит, — констатирует Рамазанов.

Адвокат Александр Островский говорит, что надлежащего количества спецприемников для содержания лиц, отбывающих административный арест, сейчас в стране просто нет. А те, что есть, порой страшно далеки от международных стандартов.

— Я был в таких ИВС, в которых находиться даже стопроцентно здоровому человеку опасно — там висит такой смог, что просто нечем дышать ни самим осужденным, ни охраняющим их сотрудникам полиции, — объясняет Островский. — Человеку с ослабленным здоровьем находиться там порой просто опасно, и предложенный список заболеваний, конечно же, требует расширения.

Перестройка старых и строительство новых спецприемников дело, несомненно, правильное, считают эксперты. Потому что пока всё остается в нынешнем виде, ЕСПЧ и дальше будет штрафовать Россию, приравнивая содержание в ИВС к пыткам.