Хью Лори: «Мне нравится представлять себя на цирковой арене»

Британский актер, писатель и музыкант Хью Лори, известный по исполнению главной роли в популярном телесериале «Доктор Хаус» и выпустивший недавно второй блюзовый альбом, выступит и в России. В преддверии концертов (2 июня в БКЗ «Октябрьский» в Санкт-Петербурге и 4 июня в Государственном Кремлевском Дворце в Москве) любимцу публики позвонил корреспондент «Известий».

— Для большинства ваших поклонников «дохаусовского» периода вы олицетворяли собой Англию: выпускник Кембриджа, звезда сериала про Дживса и Вустера, ваш роман «Торговец пушками», полный типично британского юмора. А теперь вы играете самую что ни на есть американскую музыку. Нет ли здесь противоречия?

— Да нет, конечно. Ровно никакого. Я — это я, и никто другой, а музыку эту я любил с самого раннего детства, и всегда буду любить. Согласитесь: джаз, блюз, да и прочая популярная музыка — грандиозный подарок человечеству от Америки, и кто я такой, чтобы его не принять?

— Ваш роман был хорошо принят читателями. Поговаривали, что он появился из-за вашей ревности к Стивену Фраю — дескать, «я тоже книги писать умею».

— Ревность? К Стивену?! Он, например, очень много читает. Тогда, может, я и книжки читаю, чтобы от него не отставать? А еще он носит брюки — наверное, это он за мной повторяет. Чушь это, честно вам говорю.

— Ваш альянс восхищал многих — и в «Дживсе...», и в «Шоу Фрая и Лори». Нет ли намерения вернуться к совместному творчеству?

— Я бы с удовольствием что-то с ним вместе сделал. Мы часто видимся и все время об этом говорим; в последний раз договорились до сценического шоу — но ни один из нас с тех пор не написал ни строчки.

— Почему в блюзе вы выбрали его раннюю фортепианную форму — нью-орлеанский старый стиль?

— Вы путаете. Это я фортепиано выбрал потому, что мне именно ранний блюз и нравился. Большинство моих музыкальных кумиров — пианисты: Профессор Лонгхэйр, Чемпион Джек Дюпри, Отис Спанн, Доктор Джон. Доктор Джон вообще мой главный — и самый долговременный — источник вдохновения, вот только он обидится, если вы назовете его «старым». Его последний альбом, Locked Down, чудо как хорош. Когда он касается клавиш, меня буквально дрожь пробирает.

— В одном из недавних телевизионных шоу вы говорили, что после «Доктора Хауса» наконец-то вернулись домой. В ближайшее время можно ожидать вашего появления в американской продукции?

— Зависит от продукции. За хорошей ролью настоящий артист хоть на край света помчится.

— Согласитесь, успех вашего первого альбома Let Them Talk во многом был связан с популярностью вашего героя. Но с появлением второго, Didn't it Rain, стало ясно, что все это серьезно.

— Насчет первого альбома — чистая правда. Хотя, конечно, 30 лет заниматься лицедейством ради популярности одного альбома — не самый лучший способ сделать музыкальную карьеру, я бы его не стал рекомендовать (смеется). Let Them Talk многому меня научил еще в процессе записи, а гастроли окончательно дали понять, что такое музыкантский хлеб, и с чем его едят. Я тем не менее пока не планирую бросать актерское ремесло ради музыки, я в планировании вообще не очень силен. Спасибо за добрые слова про новый альбом, надеюсь, мы не разочаруем публику.

— Вы включили в него одну из песен Алана Прайса, Changes, написанную для фильма «О, счастливчик!», который был в прокате в СССР — это был один из немногих рок-фильмов, попавших на советские экраны.

— Я очень ценю Прайса как композитора и музыканта, и фильм этот тоже люблю. Собственно, иначе я бы не стал петь эту песню.

— Один из гостей на альбоме Didn't It Rain — знаменитый Тадж Махал. Как вам работалось с блюзовой легендой?

— О, Тадж оказался настоящим джентльменом старой закалки. Я пригласил его помочь мне с песней Vicksburg Blues, хотя сильно робел: не знал, нравится ему эта песня или нет. Оказалось, он прекрасно знает ее и любит, а на записи мне даже не пришлось ни о чем просить его: он сделал все куда лучше, чем я себе представлял.

— Вы прекрасно пели довоенные шлягеры в «Дживсе и Вустере». Не было ли мысли сделать альбом с музыкой того периода?

— А мы тогда и записали альбом, включив в него песни из сериала. Его продюсировала Энн Дадли из группы Art Of Noise, которая была композитором сериала. Не знаю, купил ли его хоть кто-то, но я, помнится, весьма им гордился.

— Что дальше — кино, театр, новый альбом, что-то еще? 

— В последнее время мне нравится представлять себя на цирковой арене. Вот о чем я, собственно говоря, подумываю.