Актуальные художники занялись церковными фресками
В Академии художеств на Пречистенке открыли выставку «Искусство и религия в пространстве современной культуры». За названием скрывается проблема: если строить и расписывать храмы в XXI веке так, как это делали в XII, получаются даже не копии, а подделки. Тогда росписями и иконами занимались современные для своей эпохи художники. До каких пределов допустимо использование нынешних средств искусства в церковном убранстве? Где грань между иконой и обычной картиной? Как сохранить марку «наследницы Византии»?
Одни и те же художники показывают в Академии фотографии собственных фресок в действующих храмах и делают инсталляции и видеопроекты на религиозные темы. Один из залов посвящен «хранителям традиций»: здесь вполне традиционные для церквей росписи и резьба на качественных «отчетных» фотографиях. Другой зал — с фотографией Святой Софии Константинопольской во всю стену — отведен оригиналам современных мозаик, икон, фресок.
— Посмотрите, какие камушки в этой мозаике! — восхищается куратор выставки Николай Мухин. — Нам всегда говорили, что русские так делать не умеют. А вот многофигурная икона — так писали в Византии в XIV–XV веках! Я расписал 12 храмов, в храме Христа Спасителя алтарная композиция «Рождество Христово» — моя, и я отвечаю за свои слова.
Третий зал отведен размышлениям актуальных художников о Боге и пространстве, о времени и о себе: скульптура, инсталляции, фотомонтаж, живопись, «гиперреалистические» компьютерные композиции. Худяков, Бурганов, Гор Чахал, Комелин.
— Мы показали, как можно подавать эти тонкие темы, не будучи иконописцем, но будучи верующим человеком, — сказал Николай Мухин «Известиям».
Здесь и выставлявшиеся ранее, и специально созданные для проекта работы «актуальщиков», и фотография огромного строящегося комплекса «История Грузии», созданного Зурабом Церетели.
Портрет Иоанна Предтечи кисти Николая Мухина — по формальным признакам икона, есть нимб и надпись имени, но нимб черный, глаза у Предтечи красные — то ли от недосыпа, то ли от болезни.
— Это не икона, это мое размышление, — говорит автор. — Но у них одно назначение: думать о Боге.
На темы жизни Иоанна Крестителя размышляли на выставке также скульпторы. Геннадий Красношлыков представил отсеченную голову на блюде — «Чашу скорби» в бронзе, а Сергей Мильченко — деревянную фигуру «Глас вопиющего в пустыне». Не исключено, что сами художники ощущают себя такими «вопиющими в пустыне» со своими религиозными поисками после фактически 70-летнего перерыва в церковном искусстве, как Иоанн Предтеча с призывом к покаянию среди очень религиозного, но не кающегося иудейского общества.
Видео на выставке — не просветительские рассказы об иконах, а вполне «актуальные» работы: например, у того же Николая Мухина в инсталляции «Безначальное первоначало» лик Нерукотворного Спаса пульсирует, оказывается то черным, то ярко-белым, лишается цвета и даже формы. Автор не боится гнева православных активистов или оскорбленных в чувствах верующих. Лик и благословляющая рука Спасителя, раскрытое Евангелие и символ Престола Божиего в его исполнении мерцают и взрываются, а Мухин уверен, что они «представляют всю Библию».
На видеоинсталляции Гора Чахала православный крест становится все ярче по мере того, как фон заштриховывают черным. Но сам крест не затронут ни разу: православные могут не беспокоиться.
Есть среди участников выставки и представители РПЦ, не знавшие, вероятно, еще некоторое время назад, что они художники. Из «Рождественской оратории» митрополита Илариона (Алфеева) стандартный плеер в Windows делает видеопроекцию: куратор выставки Николай Мухин уверен, что получается рождественская звезда. Впрочем, беспорядочной гнутой проволоки и разноцветных червячков там никак не меньше, чем звезд.
Произведение еще одного священнослужителя — фильм «Гибель империи. Византийский урок» архимандрита Тихона (Шевкунова), вызвавший споры в начале 2008 года. Тогда о фильме говорили как о политической агитке, теперь художники ухватились за него как за свидетельство актуальности византийского опыта для современной России. «Византия-точка-ру» — мантра куратора выставки Николая Мухина. После точки — русское продолжение, «третий Рим».
Ответа на заглавные вопросы — о месте религиозного искусства в современном мире и освоении наследия Константинополя в России — выставка не дает: говорят скорее об очередном начале длинного разговора, планируют лекции и круглые столы. Экспозиция открыта до 30 июня.
