В последние месяцы и в особенности недели одним из основных ньюсмейкеров в нашей стране стал Следственный комитет РФ, сравнительно недавно, в 2007 году, созданный и совсем недавно, в январе 2011 года, преобразованный в независимую от каких-либо государственных органов и ветвей власти структуру. Как ньюсмейкер СК РФ заметно опережает и Генеральную прокуратуру (с вдвое большим числом штатных сотрудников), и ФСБ, и прочие силовые и полусиловые ведомства, не говоря уж о традиционно слабом в нашей стране Минюсте. СК владеет инициативой на поле правоохранительной и правоприменительной практики — и поэтому вполне закономерно попадает в фокус общественного внимания. Другое дело, что инициатива (или, как говорят шахматисты, преимущество выступки) — вещь эфемерная: в отсутствие реальных — и скорых — результатов она может не только испариться, но и перейти в собственную противоположность, имя которой в данном контексте не хочется называть.
О реальных достижениях СК уже снят 12-серийный игровой телефильм, который так и называется «Следственный комитет», однако широкой публике по-прежнему куда милее ностальгический сериал «Следствие ведут знатоки». Равно как и его иронический перифраз «Следствие ведут колобки». Вопрос о том, кто именно работает в СК РФ — знатоки или колобки, и является едва ли не первым по значимости. То есть наверняка работают там и те и другие — по-иному попросту не бывает, — но в какой пропорции? Кто задает тон — знатоки или колобки? И за кем остается последнее слово?.. Ничего этого мы пока не знаем, ситуация развивается; ощущение, будто следствие ведут знатоки, а доводят до суда (или именно что не доводят) колобки, возникает не раз и не два, — и ощущение это, мягко говоря, далеко не из самых приятных. Хотя, с другой стороны, как раз в последнее время кое-что в деятельности СК не может не обнадеживать, чего, увы, никак не скажешь о соперничающих с ним ведомствах и структурах.
Говоря о СК, нельзя упускать из виду его генезис. Или, если угодно, анамнез. Сама необходимость создания этого ведомства была продиктована очевидной слабостью и зависимостью (в том числе персональной) Генеральной прокуратуры. Зависимостью, далеко не в последнюю очередь, от тех героев 1990-х, которым давно пора становиться — поочередно или всем вместе — героями судебной хроники. Гарантии, предоставленные президенту Ельцину и его семье в обмен на «добровольный уход», были официальными. Но неофициальных гарантий — в виде кадровых назначений на ряд ключевых должностей — потребовала (и получила) не только семья, но и «Семья». В частности, произошла памятная история с едва не состоявшимся назначением на должность генерального прокурора одного из ближайших соратников нынешнего и тогдашнего президента — Дмитрия Козака. Вместо которого в должности при активном содействии со стороны «Семьи» был утвержден Владимир Устинов. Которому в 2006 году устроили «рокировку» с тогдашним министром юстиции и нынешним генеральным прокурором Юрием Чайкой. Вполне может быть, что, стань Козак генеральным прокурором в 2000 году, потребности в создании независимого СК и не возникло бы.
Полвека назад во многом сходная история разыгралась в США. Заметив, что директор ФБР Джон Эдгар Гувер не горит особым желанием бороться с организованной преступностью (главной опасностью для страны Гувер считал не мафию, а коммунистическую угрозу), тогдашний сенатор Роберт Кеннеди создал институт независимых следователей (не путать с институтом независимых прокуроров, созданным много позже, после уотергейтского скандала), набрал компетентных, опытных, но не растерявших энергию молодости юристов и отставных сотрудников спецслужб и в результате — уже в бытность свою министром юстиции (генеральным прокурором) США — изрядно потрепал, чтобы не сказать пошатнул, оргпреступность и коррупцию, в Америке как раз тогда зашкаливавшие.
Так или иначе, инициатива сейчас и впрямь на стороне СК. Который недоброжелатели — главным образом из числа нынешних и потенциальных подследственных и их пропагандистской обслуги — уже успели окрестить современным аналогом НКВД-1937, то есть вышедшей из-под чьего бы то ни было подчинения самоходной машиной массовых репрессий. Что, разумеется, сущий вздор. И, кстати, те же самые люди (у которых, очевидно, не всё в порядке с логикой) одновременно заговорили о том, что СК «дана отмашка» с самого верха. Что, разумеется, вздор не меньший. Следственная система должна работать по закону — ну так она и работает по закону; а уж несовершенство наших законов (увы, общеизвестное) — вопрос отдельный. СК, похоже, стал на сегодня наиболее боеспособным соединением во всей нашей правоохранительной «армии», что, правда, не снимает вопроса о том, насколько боеспособно у нас и самое боеспособное соединение — и кто, собственно, в нем преобладает и качественно, и количественно — знатоки или колобки, — а на вопрос этот по-прежнему нет ответа. Хотя отмашка на самые решительные действия уже, похоже, дана единственной инстанцией, которой подчиняется независимый Следственный комитет, единственным субъектом права в РФ — самим народом.
