Франк Брюхеман: «Московские цветы в бетонных кадках — это поэтично»

Знаменитый флорист из Роттердама Франк Брюхеман создал в парке Горького цветочную инсталляцию из ветвей деревьев, около 1 тыс. тюльпанов и нескольких парковых машин. Голландец встретился с корреспондентом «Известий» в Александровском саду, рассказал о своих проектах и оценил работы московских флористов.

— В Александровском саду традиционно высаживают сотни тюльпанов. Как они вам?

— Мне нравятся сочетания цветов: от желтого к красному через оранжевый. Правда, я бы их смешал, посадил вперемешку, ближе к тому, как это могло быть в природном ландшафте, но это дело вкуса.

— Это голландские тюльпаны? Дорогие сорта?

— Голландия, конечно, самый большой экспортер тюльпанов, но изначально эти цветы — из Турции. И здесь, в Александровском саду, что интересно, это турецкие тюльпаны. Не думаю, что это слишком дорогой сорт. Кстати, только для иностранцев Голландия — страна тюльпанов. В самой Голландии их вовсе не считают «главным национальным цветком». Мы выращиваем разные цветы, и я люблю работать с теми, что по сезону: например, в конце лета — с гладиолусами.

— С чем можно сочетать тюльпаны на одной клумбе?

— Мне нравится, как в Александровском саду они сочетаются с сиренью: это традиционный российский цветок, в Москве я всюду его вижу. Для меня странно видеть рядом с тюльпанами на других клумбах хвойные кустарники — мы вообще не смешиваем цветы с деревьями и кустами. Видимо, это русский стиль.

— Ваша инсталляция в парке Горького смешивает цветы даже не с деревьями, а с парковой техникой — это голландский стиль?

— Это сюрреализм. Я использую машины, которые обычно применяются в дорожных работах в парке: кран со стрелой, машину для рассыпания и уплотнения гравия и грузовик с платформой. На стрелу высотой около 3 м прикреплено большое металлическое кольцо, а на нем 5–6 разнообразных «букетов» из ветвей деревьев на цепях. Букеты изображают цветущие в мае деревья. Ночью инсталляция подсвечивается.

— В афишах написано, что все это «приправлено юмором».

— Может быть. Мне нравится сочетать противоположности, чтобы достичь более сильного впечатления. Я люблю использовать индустриальные объекты в цветочных композициях, оттенять хрупкость бутона жесткостью металлической машины.

— Вы проектируете не только сады, но и составляете букеты и организуете большие пространства. 

— Да, причем мой букет похож на маленький сад, а сад — на уменьшенную копию природного ландшафта. Я думаю, что, когда вы ставите дома букет, он сохраняет связь с природой, с тем, как растут цветы в открытом грунте. Когда я составляю букет, я всегда смотрю, в каких сочетаниях цветы могут расти в дикой природе или в саду. Мои букеты демонстрируют «натуральный подход», они немного дикие.

— Они похожи на бонсай?

— Нет, бонсай — это пытка для растений. Вы заставляете дерево быть маленьким. Я  считаю, что природе нужно оставить свободу. Другое дело — икебана. В своих букетах японцы тоже воспроизводят впечатление целого пейзажа. В этом смысле мы связаны.

— А ваши сады?

— И мои сады тоже дикие — не такие аккуратные, как Александровский сад в Москве. Но это вопрос вкуса. Мне нравится использовать в оформлении не предназначенные для этого вещи и технику. Тем более что сады часто оказываются посреди каменных джунглей города.

— Кстати, о городе: вам не кажется, что цветы в бетонных кадках на улицах — это немилосердно?

— Наоборот. Мне кажется, это поэтично. Во дворах владельцы так трогательно заботятся о них. Мне очень нравятся московские дворы. Конечно, если речь идет об общественных местах, возле шоссе и на больших улицах, можно спросить, зачем это.

— В парке Горького вам пришлось вписать свою инсталляцию в контекст чужой парковой композиции. Вы предпочитаете целиком оформлять отведенное пространство или выращивать отдельные цветочные композиции?

— Я предпочитаю работать с фрагментами. Конечно, оформлять обширные пространства и ландшафты интересно, но у меня нет большого бюро. Мои масштабы обычно далеки от масштабов парка Горького.

— Раньше на Тверской улице в Москве росли деревья, но их спилили, расширяя проезжую часть. Теперь там хотят снова посадить 68 деревьев в кадках: на это планируют потратить более 500 млн рублей, то есть около $16 млн. Это реалистичная цифра?

— Это точно цена не только самих растений. Вероятно, деньги «уйдут в землю»: может быть, там слишком сложно все организовать, понадобится современная техника, реорганизация всей пешеходной зоны. Может быть, нужна будет система орошения. В Голландии вы можете купить большое дерево за €2 тыс.