Канн отдался юности, но оказался чувствительным к «Прошлому»

«Особый взгляд» — второй по значению конкурс Каннского фестиваля, зарезервированный, как правило, для более молодого и радикального кино, на этот раз выбрал для открытия своей программы фильм режиссера уже известного: обладательницу «Золотого Льва» Венецианского фестиваля и представительницу самой знаменитой в мире кинодинастии, Софию Коппола.

В отличие от выдержанного в пастельных тонах фильма «Где-то», принесшего ей пять лет назад победу в Венеции, привезенный в Канны Bling Ring («Элитный круг») сделан с броской яркостью глянца и интернет-сайтов, посвященных жизни богатых и знаменитых.

История этого фильма началась несколько лет назад, когда Коппола обнаружила статью под названием «Подозреваемые носили лабутены». Речь шла о том, что компания подростков — мальчик и четыре девочки — в течение нескольких месяцев совершали налеты на лос-анджелесские особняки звезд кино и шоу-бизнеса, причем двигали ими отнюдь не робин-гудовские мотивы.

Ребята выносили из роскошных домов сумки, туфли, одежду, украшения, деньги не с целью раздать бедным и даже не для того, чтобы самим обогатиться. Точнее, обогатиться, но исключительно в духовном смысле слова. Потому что «духовность» в понимании героев фильма, как и многих их сверстников, — это стиль, красота и гламур.

Овладевая модными аксессуарами своих кумиров, дети будто сами становились частью этого блестящего мира. Так продолжалось несколько месяцев, пока ребят не вычислили по камерам видеонаблюдения и не посадили: кого-то на четыре года, кого-то — на год, в зависимости от доказанного количества налетов.

«Какая интересная история, наверняка, ее кто-то уже снимает», — подумала тогда Коппола. Но вскоре выяснилось, что права на экранизацию свободны. И кино про грабителей в модной обуви решила сделать сама София.

Она познакомилась с автором статьи. Прочитала протоколы допросов и показания свидетелей — в результате получилась картина живая, захватывающая и снятая с почти документальной достоверностью.

В главных ролях — четверо малоизвестных и одна очень известная молодая актриса, Эмма Уотсон. Про ее героиню, чрезвычайно далекую от Гермионы из «Гарри Поттера», можно быть уверенным: даже история с судом и тюремным сроком послужит для нее средством реализации главной мечты — стать частью мира гламура.

Самое удивительное в этой истории даже не то, насколько незащищенными оказались дома звезд (либо ключ под ковриком, либо какая-нибудь из стеклянных дверей закрыта неполностью), но то, что голливудские небожители, поневоле впустившие в свои дома грабителей, теперь уже совершенно добровольно открыли их для съемок кино.

Главным объектом желания юных злоумышленников, и реальных, и тех, что в фильме, был особняк Пэрис Хилтон. Дождавшись, когда она уезжала из города (о чем сообщалось  в интернете), ребята влезали туда, просто чтобы потусоваться, ну и на обратном пути прихватывали с собой какие-нибудь вещицы. Однажды даже хотели забрать крошечную собачку хозяйки, но вовремя одумались.

— Они побывали у меня в доме раз пять, вынесли вещи на миллионы долларов, мои фамильные драгоценности, а потом просто продавали их с рук, — жаловалась «икона стиля», добавляя при этом, что никого, кроме Коппола, она бы к себе со съемками не пустила.

То, что «иконе» принадлежит дом, находящийся даже не на грани, а за гранью кича, — еще одно открытие фильма Софии Коппола и доказательство того, что вкус в понимании современного масскульта — понятие в высшей степени относительное.

Героиня первого фильма, показанного в основном конкурсе, «Юная и красивая» (в российском прокате «Всего 17») Франсуа Озона, лишь года на два старше, чем девочки из картины Коппола. На наших глазах она задувает 17 свечей на своем именинном торте, а дальше действие будет разворачиваться на протяжении еще трех времен одного года: осени, зимы, весны. И этот год станет для героини годом пробуждения в ней женщины. В «Юной и красивой» много откровенных сцен, но картину не назовешь ни эротической, ни даже сверхчувственной.

— Фильм — о том, что это такое быть 17-летним и ощущать трансформацию своего тела, — говорит Озон. — Этот момент часто идеализируют в кино. Для меня же это было болезненным, сложным переходом, и я вспоминаю о нем без всякой ностальгии.

По сформулированной еще Флобером формуле «мадам Бовари — это я» Озон рассказывает о себе через Изабеллу, студентку филологического факультета, девушку из приличной и обеспеченной семьи, которая, однако, становится проституткой. Не для заработка, а потому что получать деньги за сеансы секса — понятнее и удобнее, чем просто встречаться с малознакомыми, годящимися ей в отцы и деды мужчинами.

Известно, что проституция среди студенток во Франции — распространенное явление, которое уже вызывает озабоченность у государства и социально ответственных граждан (в прошлом году был, например, снят фильм Elles на эту тему). Но Озон явно далек от такого угла зрения. Он рассказывает мучительную историю созревания и взросления — периода, который каждый проходит сам, не оглядываясь на чужой опыт, не принимая помощи и не слушая ничьих советов.

В главной роли — Марина Вакт, открывающая «скамейку» претенденток на «Пальму» за лучшую женскую роль.

На золото Канна в этой категории явно может рассчитывать и звезда фильма «Прошлое» Беренис Бежо. Это первая снятая во Франции и на французском языке картина знаменитого иранского режиссера Асгара Фархади. Как и его «Развод Надира и Семин» («Золотой Медведь» и еще несколько наград Берлинского фестиваля), «Прошлое» — фильм о семье в период распада.

Главный герой, иранец (Али Моссафа), по просьбе бывшей жены (Беренис Бежо) возвращается из Тегерана в Париж, чтобы уладить дела по разводу. И, проведя всего пару дней в доме на окраине Парижа, вновь погружается в ее проблемы: с детьми, с ее новым мужчиной (Тахир Рахим, ставший звездой после «Пророка» Одиара) и с ситуацией, в которой все они оказались.

Старшая дочь героини Бежо в штыки встречает нового «папу», а его жена лежит в коме после попытки самоубийства. Что именно подтолкнуло женщину к этому шагу, чья тут вина — никому доподлинно не известно, и это держит и персонажей, и сюжет в напряжении.

В фильме много неожиданных поворотов, и каждый допускает множество разных интерпретаций. Ясно одно: человек, находящийся во власти прошлого, не может двигаться дальше, а прошлое это — такая же переменчивая величина, как будущее, у каждого в нем своя правда, и никто ни с кем никогда не сможет договориться, как всё было на самом деле.

66-й Каннский фестиваль начался с высокого старта. Впереди еще много фильмов прославленных, любимых во всем мире режиссеров, но у картин уже показанных есть все шансы не затеряться даже на этом роскошном фоне.