Дориана Грея превратили в бренд
Это первая премьера с участием нового худрука Олега Меньшикова. Молодой режиссер Александр Созонов превратил роман Оскара Уайльда в супертехнологичное и дорогое шоу о превращении человека в бренд. В его инсценировке главным героем стал лорд Генри (его и играет Олег Меньшиков), беспринципный продюсер, который на старости лет, сидя в инвалидном кресле, вспоминает свой самый успешный проект — Дориана Грея.
Превратить героя Уайльда в продукт коммерческой раскрутки — идея не новая. Несколько лет назад в Москву на Чеховский фестиваль приезжал балет Мэтью Боурна, где Дориан Грей попадал в фэшн-индустрию и становился дорогой фотомоделью. В спектакле Александра Созонова герой буквально превращается в бренд: буквы DG, напоминающие логотип известной фирмы, красуются на рекламных плакатах парфюма, косметики, обуви и модных бестселлеров со слоганами «безграничная власть» и «абсолютная красота».
Вы уже поняли, что действие перенесено в условные наши дни. Художник Бэзил (Ярослав Рось) тут носит дреды и орудует не кистями и красками, а камерой и ноутбуком. Тот самый злополучный портрет Дориана, что старел вместо него, выполнен в технике видеоарта: лучезарно светящийся, как идол какой-нибудь секты, силуэт постепенно превращается в корчащееся серо-буро-малиновое нечто. Но современные технологии тут скорее обозначают чудо портрета, а в действительности совершенно не впечатляют.
В спектакле еще куча модных спецэффектов — например, телевизионный зеленый фон для съемок, который позволяет создавать на экране сюрреалистические картины и помещать настоящих героев, скажем, в кукольную гостиную леди Брэндон среди крошечных игрушечных человечков. Актеры постоянно снимают друг друга на камеру, на заднем плане вращается огромный вентилятор, а в уши бьет оглушительная музыка. Видно, что режиссеру, ученику Кирилла Серебренникова, очень хотелось выглядеть современным. Но за всеми этими техническими наворотами (которые к тому же плохо работают) совершенно пропали живые люди.
Актеров Ермоловского слили в однообразную массовку, одетую в уродливые костюмы, символизирующие, видимо, пороки высшего общества. Из второстепенных персонажей выделяется только лорд Фермор в исполнении Владимира Андреева — тут и порода, и аристократическое достоинство, и барственная скука — все в крошечном эпизоде.
Царит на подмостках, конечно, Олег Меньшиков. Элегантный и ироничный денди, он сыплет уайльдовскими афоризмами, причем не только из романа, но и из других произведений английского острослова. А молодой Дориан (Сергей Кемпо), который сначала появляется на сцене в образе современного рэпера, смотрит ему в рот и постепенно превращается в подобие своего учителя.
Дориан Грей с его культом вечной молодости — это, конечно, 100-процентно меньшиковская тема. Романтичный герой-одиночка, он всегда создавал вокруг себя ореол таинственности, как никто из современных актеров продолжая играть в уайльдовское жизнетворчество. Это он, как вечно прекрасный Дориан, смотрит на нас с рекламных страниц глянцевых журналов. И это он, как мне кажется, панически боится стареть. По крайней мере в спектакле у его лорда Генри лишь один раз сквозь маску циника и шутника прорывается живая эмоция — когда он пытается выведать у друга секрет его молодости.
Роль самого Дориана — это краеугольный камень и, как правило, слабое звено любой постановки или экранизации. Молодые актеры с их здоровой психофизикой не способны прочувствовать весь ужас постепенного угасания тела. А опытные, увы, уже не могут сыграть сияющего красотой юношу. Сергей Кемпо в этой роли очень старается, но ему не хватает той победной, неотразимой харизмы, какая была у молодого Олега Меньшикова. Так что в спектакле Созонова его герой действительно выглядит продуктом удачной рекламной кампании. Сколько таких «дорианов» у нас красуется на сцене, в кино и на телевидении. А что там у них за душой и какой ценой оплатили они свой путь к славе, мы, к счастью, не узнаем.
