Заметка Г.В. Янсюкевича в газете «Московский комсомолец», в которой галантный автор поименовал трех дам-депутатов «политическими проститутками», породила тот ожидаемый эффект, когда одно гнилое слово влечет в ответ другое, также не из лучших, после чего, слово за слово, обмен любезностями доходит до исполненного высоких гражданских чувств заявления в прокуратуру. «15 марта 2013 года в сети Интернет были опубликованы записи Председателя комитета Государственной Думы Российской Федерации по труду, социальной политике и делам ветеранов А.К. Исаева, в которых прозвучали угрозы в адрес журналистов в связи с их профессиональной деятельностью. В 10.36 А.К. Исаев написал: «В желтой газетенке мерзкий, подлый, грязный наезд на 3-х женщин-депутатов. Мерзавцы, сделавшие это, должны знать: тут точно не забудем, не простим!». В 11.48 А.К. Исаев заявил следующее: «Мелкие твари — расслабьтесь, вы нам безразличны. А вот конкретный редактор и автор ответят жестко». По фактам высказываний, содержащих признаки преступления, прошу возбудить уголовное дело по статье 144, ч. 2 УК РФ «Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов. Прошу также признать заместителя главного редактора газеты «Московский комсомолец» А.И. Муждабаева, а также автора газеты Г.В. Янсюкевича (псевдоним Георгий Янс) потерпевшими и предоставить им государственную защиту в связи с публичной угрозой их жизни и здоровью».
Всего этого можно было бы избежать, не поддайся А.К. Исаев безрассудному (пусть и спровоцированному) гневу. Ограничься он высказыванием о недуэлеспособности П.Н. Гусева и его издания и прояви его коллеги солидарность с дамами, отказавшись впредь иметь какое-либо дело с «МК» — «Извините, я не знаю такой газеты», всё было бы проще. Конечно, вчуже хорошо советовать («Если бы я всегда был такой умный, как моя жена после»), но холодная корректность всегда ранит сильнее, чем площадная брань. В 1808 году император Наполеон устроил в присутствии двора выволочку князю Талейрану, в которой употреблялись выражения «г… в шелковых чулках» и прочие, не менее роскошные. Князь с видом полнейшей невозмутимости выслушал, после чего, уходя, когда слуга набрасывал ему плащ на плечи, заметил: «Как жаль, что такой великий человек так дурно воспитан». Нашим политикам было бы уместно подражать Талейрану не только в гибкости, но и в хладнокровии.
Ведь совершенно безотносительно к политическим и личным добродетелям депутатов О.Ю. Баталиной, Е.Ф. Лаховой и И.А. Яровой газета опубликовала крайне непрофессиональную заметку. Мастерство журналиста состоит в том, чтобы выразить свои мысли — сколь угодно острокритические и даже прямо обидные для предмета заметки — оставаясь в рамках корректности и элегантности. Тогда как использование площадных эпитетов для характеристики героев этим требованиям явно противоречит. Есть заметки, где автор кипит (даже с некоторым гражданственным подвыванием), а читатель остается холоден, и есть заметки, где автор внешне холоден, а читатель кипит. И для газеты, и для автора, и для прокуратуры второй вариант предпочтительнее, а неспособность писать заметки по второму варианту, скорее всего, свидетельствует о том, что автор ошибся с выбором профессии и его постоянно будут сопровождать неприятности. Откровенная грубость — это самый простой способ выражения своих мыслей, но при этом сопряженный с последующими сложностями.
Не помогает даже использованный П.Н. Гусевым и Г.В. Янсюкевичем зашитительный прием «Интимно о Ленине», заключающийся в том, чтобы оправдать пререкаемую заметку ссылкой на труды В.И. Ленина, допускавшего сходные обороты: «Это слова Ленина… Ленин был великим политиком, он был ученым, оратором, человеком, который умел вести дискуссию. В этой дискуссии родились «политические проститутки», «содержанки». В этом нет ничего оскорбительного. Это обычные формулировки в политической беседе».
Не только для уважительной беседы, но даже и для пьявки-адвоката («аблакат — нанятая совесть» тож) аргумент вряд ли хорош. В.И. Ленину принадлежала и формулировка «как экономист — г…». Между тем полемический прием, заключающийся в указании, что П.Н. Гусев как журналист и т. д., не только совершено недопустим, но и, скорее всего, повлечет письмо главного редактора «МК» А.И. Бастрыкину и Ю.Я. Чайке с просьбой привлечь автора высказывания по ст. 144 УК РФ. Это учит нас тому, что в своей апологии можно, конечно, рассуждать о В.И. Ленине, можно даже интимно, но лучше делать это с умом.
А так вся война Петрушки Уксусова с квартальным из-за банального неумения писать заметки. Как говорил соратник Ильича А.Г. Шляпников, «главное — ремесло не забывать».
