Там, где обычный человек захлебывается от скорби, вопия «кругом дураки, какой ужас», бизнесмен рад: «кругом дураки — сколько возможностей!»
Кризис диктует — и России тоже — бизнес-подход.
Резервы, накопление которых обескровило страну, пора поставить на службу народу. Времени мало: при срыве в глобальную депрессию они обесценятся вместе с бумагами, в которые вложены (убедительная репетиция прошла осенью 2008 года).
Формула «Россия должна платить за финансовую стабильность США» должна быть оценена по достоинству: как измена или глупость.
Направления модернизации очевидны: инфраструктура и технологии. Кризис, как в конце 1920-х, открывает новые технологические возможности (давнее фиаско с покупкой «Опеля» вызвано скорее нелепостью попытки).
Но греческий и кипрский кризисы открывают и новые регионы.
Формально Кипр — часть не просто Евросоюза, но его экономического сердца, еврозоны, и не имеет отношения к России. Реально наоборот: для Евросоюза он глубокая периферия Греции, «периферия периферии», а для России — «финансовая почка».
Последнее стыдно, но бесспорно. По данным Moody's, российские депозиты и после предкризисного оттока составляют €19 млрд (в том числе 9,1 млрд — депозиты физлиц) из 30 млрд иностранных депозитов (всего в банках Кипра депозитов больше 70 млрд). Часть российских денег вложена «под чужим флагом», а российские банки дали кипрским банкам и фирмам (включая своих «дочек» и «внучек») $40 млрд кредитов. Дестабилизация банковской системы Кипра (из-за бегства средств многих физлиц) сделает серьезную часть этих кредитов безнадежными.
Корпорации на Кипре останутся: рост налога с 10 до 12,5% не критичен, а механизм ухода от налогов при помощи выплаты крупных доходов в виде дивидендов останется. Но сами эти доходы, еще вчера остававшиеся на Кипре, теперь будут задерживаться на нем на считанные минуты.
«Финансовое харакири» лишает Кипр будущего. После кошмарной для него войны с середины 1970-х его гениальное руководство строило страну как финансовый бутик Восточного Средиземноморья. В самом начале 1990-х он переориентировался на тогда еще Советский Союз: такое социальное (разумеется, не топонимическое) понятие, как «улица красных нефтяников», сложилось на Кипре уже к 1994 году.
Теперь это кануло в Лету: конечно, налог на депозиты — лишь малая часть недоплаченных налогов, но попробуйте хоть намекнуть на это олигархам и чиновникам, теряющим, судя по истошности их крика, миллионы евро!
Кипр покупает себе временную стабилизацию ценой долгосрочной потери финансовой базы. В рамках еврозоны он в принципе не может выйти из кризиса: ему еще в худшей степени, чем остальному Югу Европы, не на чем зарабатывать, — но его банкротство нанесет Европе лишь ограниченный и вполне приемлемый ущерб, несравнимо меньший, чем потери (тоже, впрочем, приемлемые) российской офшорной аристократии.
Неумолимое же развитие европейского кризиса приведет к тому, что всерьез думать о Кипре там будет некогда и некому (так в свое время при отключении газа Украине участники конфликта просто забыли о Молдавии).
Можно злорадствовать по поводу «взятых за кошелек» офшорных владетелей России (хотя под ударом оказался и вполне честный «средний класс», бежавший от этих владетелей).
Можно жалеть киприотов и ужасаться безысходности кризиса.
А правильно — искать выгоду, причем не копеечную, а стратегическую.
Выход Кипра из кризиса может быть лишь системным, обеспечивающим ему надежные доходы. Шаг по этому пути сделал «Газпром» — если он, конечно, вправду предлагал (пусть и с опозданием) помощь в обмен на шельф, — но он не может подменить собой государство.
Формула спасения Кипра проста: российские деньги в обмен на тесную интеграцию. Уже сейчас «провизу» для поездки на Кипр получают по электронной почте: схожий упрощенный порядок можно распространить на другие сферы (включая торговое судоходство и логистику в целом, военное сотрудничество, освоение недр). Бежавшие на Кипр капиталы можно спасти (да и вернуть) лишь вместе с самим Кипром, расширив на него наш хозяйственный организм.
Это кардинально изменит геополитическое положение России, которая сможет «перескочить» мистические для себя проливы, вернувшись в Средиземное море, — а влияние приносит сверхприбыль всегда.
Разумеется, это потребует в первую очередь оцивилизовывания самого нашего государства, повышения его эффективности, разумности, честности и потому привлекательности. Опыт сотрудничества с Белоруссией и Абхазией доказывает: страна, из которой в ужасе разбегаются собственные капиталы (включая честные), специалисты и образованная молодежь, не может рассчитывать на успешную интеграцию с кем бы то ни было.
Тем более с наследниками культуры, которая создала всю современную демократию.
Да, отказ от коррупции как образа действия и мышления будет непростым для правящего класса. Но делать это для спасения Кипра и гуманней, и достойней, чем в аду новых экономических и политических катаклизмов.
Автор — директор Института проблем глобализации.
