Минфин предлагает штрафовать регионы за неосвоенные деньги
Минфин намерен ввести финансовые санкции для регионов, у которых по итогам года остаются неиспользованные остатки на счетах по выделенным центром целевым субсидиям и субвенциям. Об этом на прошедшем на днях расширенном заседании коллегии Федерального казначейства заявила первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко.
По ее словам, подобная нерасторопность региональных властей вгоняет государство в дополнительные расходы, поскольку требуемые средства для выделения трансфертов Минфин занимает на рынке под проценты. Эти расходы по обслуживанию долга по процентам и следует переложить на плечи регионов, не освоивших на конец года выделенные средства, считают в министерстве.
— Это просто безобразие: каждый год мы субъектам передаем целевые трансферты, это же крик каждый раз: «Денег нет, медицина у нас вообще без лекарств, малый бизнес не может жить, дайте срочно субсидий, дайте срочно субвенций», — недовольна Татьяна Нестеренко. — И что получаем в конце года? Остатки неиспользованных целевых субсидий и субвенций на счетах субъектов — 242 млрд рублей на конец года не освоены, 160 млрд на счетах бюджетных учреждений. А это деньги, которые денег стоят. Нам говорят, что срочно нужны деньги, мы идем на рынок, занимаем, платим проценты, а деньги вот так лежат. Что же это за система управления такая? Стоимость ресурсов сейчас высока, и мы должны думать, как ими правильно управлять. Качество финансового менеджмента у нас не очень хорошее. Опыт исполнения бюджета показывает, что здесь есть большие резервы.
Нестеренко отметила, что этот вопрос введения некоторых финансовых санкций, или финансовых «мотиваций» уже обсуждался с главой Федерального казначейства Романом Артюхиным.
— Когда мы говорим о кассовом планировании и управлении ликвидностью счета, нужно думать также о качестве составления кассовых планов. В некоторых странах введены экономические санкции за плохое финансовое управление, — говорит Татьяна Нестеренко. — Они заключаются в том, что, в случае если выделенные деньги не использованы, то начисления на проценты каким-то способом, пусть не прямым, а косвенным, ложатся на тех участников процесса, которые ввели государство в дополнительные расходы по обслуживанию долга. Как только Казначейство станет банком (ведомство наделят рядом соответствующий функций; например, открытые в ЦБ всех муниципальных и бюджетных учреждений станут клиентскими счетами казначейства. — «Известия»), нам придется вводить платность. Это позволит правильно управлять ликвидностью.
Гендиректор Центра фискальной политики Галина Курляндская в разговоре с «Известиями» обратила внимание на то, то проблема остатков на счетах — не вина регионов.
— Выделение многих видов трансфертов сдвигается чуть ли не на последний квартал года, и в этих условиях эффективно потратить до конца года — весьма сложная задача, учитывая то, что их можно тратить только через госзакупки. Плохо то, что закон о федеральном бюджете принимается без распределения этих субсидий сразу по регионам, — говорит Курляндская. — Регионы под каждую новую субсидию должны вносить изменения в региональный закон о бюджете: в начале года они не знают, какие у них будут доходы, они не могут заранее проводить конкурсы и т.д.
Она уточняет, что все целевые трансферты заложены в законе о бюджете, большинство субсидий заранее утверждены по конкретным программам. Это средства, положенные регионам по закону. В течение финансового года регионы могут просить денег только на сбалансированность бюджетов.
Директор департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев считает, что надо снижать масштабы дотационности регионов (сейчас дотационными является около 70% регионов).
— Понять Минфин можно, его аргументация серьезна, ему не хочется переплачивать. Другое дело — эту проблему можно решать по-другому, не краткосрочными мерами, а системными, — рассуждает Николаев. — Она возникает из-за того, что у нас система межбюджетных отношений построена на значительном перераспределении ресурсов: центр аккумулирует средства, а потом их перераспределяет. Если бы масштабы этого перераспределения были меньше, для чего приходится в том числе занимать средства на рынке, то и масштаб проблемы, о которой говорит Минфин, был бы меньше. Не должно быть масштабного перераспределения средств в регионах, систему надо выстроить так, чтобы регионы были с достаточной доходной базой, чтобы они были самодостаточными.
Минфин, по словам Татьяны Нестеренко, действительно в будущем несколько изменит подход к формированию бюджета. Сейчас каждый распорядитель бюджетных средств заявляет необходимую суммы и пишет под нее обоснование бюджетных ассигнований (ОБАС). Но выделенные деньги могут быть направлены на другие цели, не прописанные в ОБАС. Обоснование бюджетных ассигнований станет частью лимита бюджетных обязательств. Под любой лимит должен быть либо конкретный объект капитального строительства, либо обоснование, на что деньги были запрошены. Со следующего года вряд ли Минфин успеет внедрить новый механизм, говорит Нестеренко, но в будущем эти обоснования — на что запрошены деньги и на что они потрачены — станут единым элементом в системе планирования и исполнения бюджета.
Минфин в последнее время усиливает акценты на финансовой дисциплине регионов. В сентябре 2012 года на совещании в Совете Федерации, посвященном проблемам долговой нагрузки на бюджеты отдельных регионов, министр финансов Антон Силуанов выступил с инициативой ужесточить требования к губернаторам, допускающим большую задолженность своего региона перед федеральным бюджетом. По словам Силуанова, позиция Минфина такова, что если меры оздоровления регионального бюджета не реализуются региональными властями или не дают результата, это является основанием для инициирования процесса отрешения губернатора от должности в связи с утратой доверия президента.
